15. День войны. Растут опасения по поводу применения Россией химического или биологического оружия.

Последние двадцать четыре часа прошли в тени спектра биологического и химического оружия. В нарративе Кремля появилась такая ветка — Украина якобы работает или все еще работает над оружием «Б». Что еще хуже, это сообщение было повторено китайскими официальными лицами. Конечно, пропаганду российского фашистского режима уже никто не принимает за чистую монету. Но еще несколько лет назад подобные обвинения встречались на Западе с вежливым одобрением. И сегодня в наглой лжи может скрываться страшная правда.

Когда Россия вступила в сирийскую гражданскую войну, она начала обвинять повстанцев антиасадовских группировок в применении химического оружия. На самом деле это оружие действительно использовалось солдатами Асада. Мало того — обвинения в адрес повстанцев вскоре превратились де-факто в предупреждения о готовящейся химической атаке и массированных бомбардировках городов.

12:33: БТР-82 в огне Browarach.

12:25: Атака русской колонны в Броварах, на северной окраине города. Украинцы, вероятно, убили в том числе и командира полка (в перехваченной российской радиосвязи слышно: командир Полка погить). Среди машин в колонне имеется единственная многотрубная термобарическая ракетная установка («тяжелый огнемет») ТОС-1. Это даже не смешно — русские выстроились как парад.

12:15: Будет интересно понаблюдать за действиями украинцев в российском тылу в ближайшие дней. Как мы писали вчера, украинское командование хочет, чтобы тяжесть этих действий была переложена с борьбы с тыловыми колоннами на борьбу с наземными комплексами РЭБ. Предвещает ли это предстоящее новое открытие и дальнейшие локальные контратаки в ближайшие дни?

Надо помнить, что украинская тактика уничтожения тыловых колонн отнюдь не была очевидной. Конечно, любой среднекомпетентный офицер понимает, чего можно добиться, отрезав противника от снабжения, но  j a k  сделай это — здесь лежит зарытая собака. Успехи украинцев на этом поприще доказывают, с одной стороны, прекрасное распознавание противника (как в тактическом, так и в оперативном плане), а с другой — трезвое выявление собственных слабостей (тем более, что Украина не может разменять человека на человека, танк за танк) с Россией.в соотношении один к одному), и третья — вера руководства в украинских солдат.

Почему? Прежде всего: силы, нацеленные на атакующую логистику, не могут бороться с точкой противника, поэтому те подразделения, которые примут первый удар, будут соответственно слабее. Поэтому нужно было убедиться, что они справятся. Во-вторых: действия в тылу сложны и опасны — здесь тоже приходилось верить в навыки командиров до уровня отделения, и в то же время приходилось предполагать (с большой долей вероятности), что обеспечение безопасности логистических колонн было бы не по силам захватчикам. И на самом деле превысил. Даже когда стало ясно, что конвои подверглись нападению, русские не желали или не могли обеспечить им адекватное прикрытие.

Это была рискованная тактика, потому что если она давала обратный эффект, то русские части, ушедшие дальше всех на украинскую территорию, они были бы в отличной позиции, чтобы начать, например, штурм Киева. Но вышло иначе — российская система тылового обеспечения трещит по швам, на северном и восточном фронтах царит хаос. Начинается второй акт: информационный паралич.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
15. День войны. Растут опасения по поводу применения Россией химического или биологического оружия.
Штефан Крафт — лидер Raw Air 2022