Атомная энергетика может стать спасением. В другой тупик

За последние несколько недель долгосрочные планы в отношении энергетического сектора оказались на свалке истории. Разрыв Запада с российским сырьем в краткосрочной перспективе, конечно, будет похож на поиск других поставщиков того же сырья. Но в среднесрочной и долгосрочной перспективе это приведет к более быстрому переходу к возобновляемым источникам энергии и, скорее всего, к ядерному ренессансу.

Ядерная энергетика может быть выходом. В очередной тупик

— Закат атомной энергетики начался давно. Такого не видели, но если посмотреть на исторические показатели — например, количество пусков АЭС каждый год — пика оно достигло в 1976 году. Именно тогда было запущено больше всего проектов: 44 единицы. Мы все еще можем посмотреть на количество строящихся реакторов в данном году. Рекордным в этом отношении стал 1979 год: 234 реактора, — рассказывал нам всего два года назад Майкл Шнайдер, специалист по энергетике и консультант, в частности, Европарламент по этому поводу.

Когда мы разговаривали со Шнайдером, казалось, что атомная энергетика осталась в прошлом. О лебедином пении в этой части рынка можно было бы говорить, если вспомнить 1996 год: тогда 17,5%. мирового производства энергии происходило в реакторах. Но тут началась конвенция, и наш собеседник пожаловался, что в 2019 году запущено всего пять атомных проектов. У нас за плечами были катастрофы, в том числе зрелищные, отбившие общественное мнение от выработки энергии на АЭС: Три-Майл-Айленд, Чернобыль, Фукусима. Немцы решили спешно (в этой отрасли, конечно) закрыть свои электростанции. Но, по мнению Шнайдера, помимо боязни отступить от атома, были и другие факторы.

— Самым важным была рентабельность таких вложений. В Америке есть частный рынок: и если у нас есть компания стоимостью в миллиард долларов, которая приступает к проекту стоимостью 2 миллиарда долларов и в конечном итоге оплачивает счет в 4 миллиарда долларов, она должна обанкротиться, заключил Шнайдер.

На заднем плане стояло другое понятие: энергетическая безопасность. Здесь, в свою очередь, движущей силой изменений является геополитика, а с агрессией России в отношении Украины энергетика стала сферой, связанной скорее с обороной: не столько военного характера, сколько в смысле защиты экономик и обществ от геополитических мертвецов. — цели, к которым их может привести агрессивное поведение и амбиции лидеров, контролирующих сырье. При этом энергетика начинает напоминать оборону: ни у кого нет прямой выгоды от покупки танков или ракетных комплексов. И тем не менее государства вкладывают средства в свой военный потенциал. Точно так же они должны инвестировать в энергию, а не измерять ее исключительно с точки зрения прибылей и убытков.

Предварительная лихорадка на рынке урана

И именно эта надежда на мобилизацию потенциала и денег из государственной казны явно придала рынкам атомной энергетики новый импульс. «Цены на урановую руду выросли до $57,5 за фунт, уровень, который в последний раз наблюдался более десяти лет назад, до Фукусимы», — сообщила The Wall Street Journal в мартовском номере Украина.Акции канадского производителя урана Cameco подскочили на 29% г/г. и Sprott Physical Uranium Trust, фонд, располагающий физическими ресурсами добытого урана, выросли на 31%. — считает журнал.

За последний месяц цены на сырье и оценка компаний в этой отрасли только росли, поэтому » Данные WSJ» также не являются полностью актуальными. Проблема, однако, в том, что в течение десятилетия после Фукусимы промышленность постоянно гасла, и не только в Германии. Возьмем Великобританию: в 1990-х годах в Великобритании было пятнадцать атомных электростанций, а через два года в Лондоне будет только две.

Импульсы, направленные на то, чтобы обратить вспять эту тенденцию, исходят из самых разных источников. Можно упомянуть Польшу и ее планы по строительству двух атомных электростанций, но этот конкретный проект — хотя несколько последних офисов в Варшаве пытались это сделать — все еще вялотекущий. В целом в странах Центральной и Восточной Европы сопротивление и боязнь атомной энергии были несколько ниже: возможно, из-за меньшей веры в эффективность традиционной энергетики. Более сильный импульс исходил из Брюсселя, который в проекте новой таксономии, как мы писали перед войной на Украине, признал ядерную энергетику низкоэмиссионным источником энергии – при соблюдении строгих условий безопасности и охраны окружающей среды, куда входит и утилизация отходов, но ЕС открыл двери всем, кто хотел бы развивать этот потенциал.

Решение еврократов следует за настоящим всплеском хвалебных слов об атоме, появившимся в кругах экспертов и некоторых экологов. «Авторы (…) утверждают, что из заколдованного круга можно выбраться. (…) Говорят, что единственный глобальный выход из того угла, в который мы пробились, — это атомная энергетика» — читаем в «Энергия для климата» «Как некоторые страны справляются с изменением климата» (2019 г.) Джошуа С. Гольдштейн и Стаффан А. Квист. Роберт Брайс, автор книги «Сила энергии. Электричество — богатство наций» (2020), почти в парарелигиозном тоне пишет об атоме: «Мы должны сосредоточиться на спасении земли и перестать пугать людей ядерной энергией. и использовать его реальный потенциал (…). Ожидайте дальнейших инноваций в атомной энергетике и дальнейшего развития всех аспектов электричества и электроники», — добавляет он. «Мы должны уйти от сжигания нефти и ее производных, а также от сжигания природного газа. (…) мы должны прекратить сжигать все ископаемые углеводороды и начать производить электроэнергию без них. Мы знаем, как это сделать. инструментарий для достижения этого короток и постоянен — и самый мощный из них — ядерная энергия», — заключает Уршула Кучиньска в «Атоме для климата» (2021).

Как видите, давление в пользу традиционного ядерного ренессанса возрастает. И это имеет двоякий эффект, так как правительства начинают серьезно колебаться, заявляя об отказе от ядерных потенциалов, а другие прямо говорят об их реверсировании. Сегодня британцы предполагают, что их отход от обычных электростанций будет частично компенсирован строительством малых модульных реакторов (ММР). О таких же планах заявляют и другие крупные польские государственные компании, даже не относящиеся к традиционно понимаемому энергетическому сектору.

Небольшие поставки, большое влияние

Но есть и одна загвоздка: уран тоже является ископаемым топливом, его ресурсы неравномерно разбросаны по миру — одни страны урановые магнаты, другие в свою очередь, их ресурсы настолько ничтожны, что нет смысла их эксплуатировать.

По историческим причинам мы привыкли думать, что Россия может принадлежать к первой из этих групп — «Россия не является крупным добытчиком урановой руды, которая фактически добывается из-под земли, ее доля рынка составляет всего 6%». — оценивает «The Wall Street Journal». Большая часть добытого сырья попадает в бытовые реакторы. Но в то же время газета предупреждает, что Кремль контролирует большую часть т.н. вторичный уран, то есть топливо, оставшееся от переработки руды, которое можно обогатить. И, по данным Всемирной ядерной ассоциации, Россия занимается обогащением урана в гигантских масштабах: на ее установках приходится 43 процента. процессы такого типа в глобальном масштабе. Больше, чем европейские державы — Великобритания, Франция, Германия, Нидерланды — вместе взятые. «Можно запретить ввоз урановых руд из России, это можно было бы сделать. Но полные санкции против «Росатома», атомной компании, у которой есть и обогатительная компания «Тенекс», имели бы гораздо более разрушительный эффект», — заключает газета.

Тем более не будем поддаваться иллюзиям, что Кремлю, использующему на собственных электростанциях добытый за Уралом уран, нечего сказать о глобальных поставках. По данным Всемирной ядерной ассоциации, Казахстан является крупнейшим в мире поставщиком урана на 2020 год: на него приходится 41 процент. поставлять. В том же Казахстане январское вмешательство российской армии спасло президентскую табуретку от уличных протестов, и хотя власти в Нур-Султане не поддались давлению Кремля с целью присоединения к вторжению в Украину, влияние Москвы на казахстанских лидеров сегодня больше, чем когда-либо с 1991 года.

В десятку крупнейших поставщиков топлива для атомных электростанций входит также вторая бывшая азиатская республика СССР, Узбекистан — еще одна страна, в которой покровительство Кремля в последние годы стало гораздо заметнее. Здесь у нас также есть стратегический партнер, Китай, и его главный азиатский соперник, который колеблется между Востоком и Западом, а именно Индия. К этому добавим африканского уранового магната, то есть Намибию, и чуть меньшего игрока, то есть Нигер. В обоих случаях это страны, которые сегодня в силу антиколониальных настроений склонны более или менее скрытно поддерживать Россию.

В этой группе Запад мог рассчитывать почти исключительно на Австралию и Канаду, а сегодня чисто теоретически — на Украину. Но даже эти три страны вместе взятые едва ли превышают половину казахстанских поставок. Иными словами, Россия и страны, в той или иной степени зависящие от нее или сочувствующие ей, несут ответственность на 60-70 процентов. мировой рынок урана. Если глобальная энергетика перейдет на ядерные источники энергии, то — с ее масштабами и энергетическим голодом — она ​​рано или поздно может оказаться в ситуации еще хуже, чем сегодняшняя попытка компенсировать потери на рынке нефти или газа.

Деньги и ноу-хау

И здесь необходимо также упомянуть дополнительный аспект. Как отмечает журнал The Conversation, Росатом в последние годы стал глобальным экспортером ядерных технологий в беспрецедентных масштабах. Из 57 реакторов, заложенных между разрушением Фукусимы и вторжением в Украину, российская компания приняла участие в 13 проектах. Десять из них были проведены за пределами России. Русские строят или собираются строить электростанции в Китае, Индии, Бангладеш, Пакистане, Турции, Египте — и в гораздо более близких к нам: в Белоруссии, Венгрии и Финляндии. Африка начинает стоять в длинной очереди за атомной энергетикой, а это — если не считать нескольких заявленных союзников Запада — настоящее поле для «московских друзей».

Конечно, можно было бы свести это к деньгам. Стоимость строительства АЭС составляет десятки (и более) миллиардов злотых. Польские ядерные амбиции в области обычных ядерных вооружений недавно были оценены Польским экономическим институтом в 105 миллиардов злотых к 2040 году. Дополнительный реактор во французском Фламанвиле стоит примерно 60 миллиардов злотых. Новая электростанция в британском Соммерсете — хорошие 120 миллиардов злотых. Таким образом, доходы Росатома будут огромными.

Но эмиссары из Москвы предлагают потенциальным клиентам кредиты и финансовую поддержку проекта, что позволяет даже более бедным — таким как Бангладеш или Египет — ядерная мечта. Западные компании и правительства не столь щедры и готовы поддерживать потенциальных клиентов. Это оказывает огромное политическое влияние на эти страны. Ноу-хау является его продолжением, потому что Россия как поставщик технологий будет нести ответственность за обучение персонала, обслуживание, поставку запчастей и, возможно, в долгосрочной перспективе за поставку урана.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Атомная энергетика может стать спасением. В другой тупик
Зеленский: Мы будем перевозить наше зерно через болгарский порт