Экономические последствия войны в Украине

Economic Consequences

Нападение России на Украину не только изменит международные отношения в Европе, но и будет иметь большое значение для мировой экономики. Западные санкции, фактически отрезающие Россию от Европы, могут иметь совершенно неожиданные последствия для остального мира.

24 февраля Россия силой вторглась в Украину. Это положило начало первой регулярной войне между двумя европейскими странами после 1945 года. США и страны Евросоюза встали на сторону напавшей на Украину, поддержав наших восточных соседей экономически и поставив оружие. После нескольких дней нерешительности против России были введены жесткие экономические санкции.

Наиболее важными являются ограничения в финансовом секторе. От системы SWIFT будут отключены крупные российские банки (но не все, не полностью и не сразу), что значительно усложнит (но не сделает невозможным!) проведение ими зарубежных банковских операций. Что такое SWIFT и как российским банкам справиться с изоляцией, рассказал мой коллега по редакции Михал Кисель. Кроме того, западные страны запретили банкам финансировать российское правительство и запретили торговлю с Банком России, заморозив при этом российские активы. Это гораздо более мощная санкция, которая фактически отрезает Россию от финансирования на европейском и американском рынках.

Таким образом, способность России защитить свою валюту и защитить экономику страны была ослаблена. В результате западных санкций в понедельник рухнул рубль, который за неделю потерял около 30% своей стоимости по отношению к евро и доллару. Фондовая биржа в Москве закрыта, и неизвестно, смогут ли иностранные инвесторы вывести капитал, вложенный в акции компаний, котирующихся на ней. В результате санкций российские активы стали практически неинвестируемыми и неизвестно, когда это изменится.

Стоит отметить, что санкции не коснулись сырьевого сектора. Российские нефть и газ продолжают поступать на Запад . Также не может быть и речи о приостановке платежей за российское сырье — они могут осуществляться без перерыва по решению властей США. Но американские и европейские компании начали отказываться от сотрудничества с российскими компаниями, что в долгосрочной перспективе нанесет ущерб экономике страны. Сегодня трудно оценить экономические издержки остракизма, затрагивающего граждан Российской Федерации в спортивной, культурной или даже частной сфере.

Добавим также, что российская экономика была относительно хорошо подготовлена ​​к западным санкциям. После 2014 года США и ЕС ввели множество ограничений, и компании с обеих сторон научились их избегать или жить с ними. Изменилась и сама экономика России. Во-первых, она превратилась из импортера пшеницы в экспортера. Во-вторых, она была вынуждена значительно сократить свой внешний долг – после 2014 года он сократился с более чем 700 миллиардов долларов США до 480 миллиардов долларов США. Страна также зафиксировала повторяющиеся профициты счета текущих операций, тем самым накопив валютные резервы, которые увеличились с 350 миллиардов долларов до 630 миллиардов долларов с 2015 года (и менее половины которых сейчас заморожены). Более того, Банк России продавал долларовые облигации, а взамен покупал золото.

Запад против сырьевого гиганта

В 2020 году Россия была 11-й крупнейшей экономикой мира по номинальному валовому внутреннему продукту, выраженному в рыночном обменном курсе доллара (почти 1,5 трлн долларов США), что поставило ее между Южной Кореей и Бразилией. Однако важнейшая часть российской экономики — добыча и экспорт промышленного сырья и сельхозпродукции — до сих пор не попала под санкции. Это важно, поскольку она является ключевым поставщиком сырой нефти и природного газа в Европу. Страны ЕС за счет России покрывают 40% потребности в газе. Он также является крупным поставщиком зерновых на Ближний Восток. Около 40% мировых поставок палладия приходится на Россию, значительная часть поставок угля, никеля, алюминия, стали и меди.

Таким образом, с точки зрения мировой торговли существующие санкции не так важны, как для финансовой системы. Россия по-прежнему может торговать как с европейскими, так и с азиатскими странами. Мы также должны помнить, что ни Китай, ни Индия не присоединились к западным ограничениям. Таким образом, нельзя сказать, что Россия находится в полной изоляции как на международной арене, так и в мировой экономике. И пока так будет, глобальные экономические последствия войны останутся значительными, но умеренными. Однако вы должны знать, что это может измениться в любое время. Возможное эмбарго Запада на российскую нефть (или «закрытие крана» Кремлем) тут же обернулось бы глобальным нефтяным кризисом.

Несырьевое значение России для мировой экономики не столь важно. Российский импорт в 2020 году (последние доступные данные за полный год) составил 231,6 млрд долларов США, что поставило эту страну на 21-е место в мире (после Польши и сразу перед Турцией). Более 40% стоимости импорта приходится на страны Евросоюза, и именно Европа больше всего пострадает от снижения российского спроса на импортные товары (из-за рецессии, санкций и ослабления рубля). Это означает, что многие компании ЕС не будут поставлять товары в Россию и зарабатывать на этом деньги, что ударит по экономике Европы. Стоит отметить, что грядущий там обвал импорта практически не коснется американских предприятий — на долю американских компаний приходится менее 3,9% поставок в Россию.

Для Польши это тоже не такая уж большая проблема. В период с января по ноябрь 2021 года стоимость товаров, доставленных в Россию, составила 8,7 млрд долларов США, что составляет всего 2,8% от общего объема польского экспорта. Даже если добавить к этому контракты, реализованные в Белоруссии (0,7%) и Украине (примерно 2% — данные за 2019 г.), все равно речь идет о менее 6% стоимости нашего экспорта. Его сокращение может быть серьезным для отдельных предприятий, задействованных на Востоке, но не будет такой уж большой проблемой для экономики в целом.

Дилемма денежных правителей

Однако это не значит, что все развалится. Текущий уровень цен на энергоносители гарантирует замедление экономического роста в мире и в Европе в частности. Дорогое топливо действует как дополнительный налог, взимаемый с потребителей, и увеличивает затраты на ведение практически любого бизнеса. На макроэкономическом уровне наиболее уязвимыми будут страны-импортеры энергоносителей, что касается не только большей части Европы, но и, в том числе, Японии, Индии или Турции.

Во-вторых, скачок цен на топливо не мог произойти в худшее время. Уже много месяцев мир борется с инфляцией, невиданной десятилетиями, особенно в США, Европе и многих развивающихся странах (например, в Аргентине, Иране, Турции, где инфляция достигает 35-50% в год). В Польше мы должны быть готовы к тому, что цены на топливо превысят 7 злотых/л, несмотря на сниженную ставку НДС. Цены на газ на голландской бирже уже преодолели пик декабрьского шока. Нефть марки Brent (даже почти по 120 долл./барр.) и уголь также дорожают.

В результате крупные центральные банки теперь столкнутся с очень сложной дилеммой: повышать ли процентные ставки, чтобы обуздать растущие инфляционные ожидания, или удерживать их почти на нулевом уровне, чтобы не рисковать рецессией в экономиках, которые не еще полностью вылечился ковидный шок. Каждое из этих решений может оказаться фатальным.

Если Федеральная резервная система и (что очень сомнительно) Европейский центральный банк начнут нормализовать денежно-кредитную политику, они рискуют резким замедлением экономической активности в 2023 году. Возможно, даже рецессия. В то же время сохранение нулевых процентных ставок при инфляции на уровне 5-10% — это игра с огнем. Если потребители, производители и инвесторы считают, что монетарные власти утратили контроль над темпами падения стоимости денег (а процесс такого подрыва доверия уже начался), нам грозит инфляционный кризис, кульминацией которого станет даже более глубокий экономический спад. В результате мы можем получить своего рода повторение стагфляции 1970-х годов: то есть периода устойчиво высокой инфляции в сочетании с низким экономическим ростом, перемежающимся частыми рецессиями. Этот неприятный сценарий в последние дни, к сожалению, стал более вероятным (потому что у нас уже нефтяной кризис).

Инвесторы (пока?) не паникуют

Паника на рынке после нападения России на Украину ограничилась утром четверга и затронула только европейские рынки. Польша стала пограничной страной, результатом чего стала вторая худшая сессия в истории ВФБ (самая худшая была всего два года назад, в марте 2020 года) — WIG и WIG20 упали более чем на 10%. Но падение через Атлантику было под контролем, и в пятницу Уолл Стит «купил» войну на Украине, оправившись от известий о слабой реакции Запада (то есть об отсутствии серьезных санкций против России). Сильно пострадал польский злотый, который в начале марта был самым слабым по отношению к евро за 13 лет, а доллар стоил больше всего за 21 год. Другие валюты нашего региона тоже упали.

Теперь многое будет зависеть от того, как будет развиваться обстановка на фронте. Однако если российским войскам удастся сломить оборону Украины и война закончится в течение нескольких дней, Запад, вероятно, остановится на действовавших до сих пор санкциях и перестанет вводить новые. Если же конфликт продолжится, России будет сложно выйти из него лицом к лицу, а новые санкции могут коснуться и экспорта российского сырья. А это закрепит сценарий высокой инфляции и замедления глобального экономического роста.

Убытки не будут распределяться симметрично. Российская экономика уже впала в глубокую рецессию и может погрузиться в изоляцию на долгие годы, превратившись в сильно зависимую от Китая страну. Европа, которая последние три десятилетия пыталась выстроить экономические отношения с Россией, тоже многое потеряет: западные (и польские) компании инвестировали в Россию, откуда на Запад потекли нефть, газ и другое сырье. Это был взаимовыгодный с экономической точки зрения обмен, хотя прибыль от продажи нефти и газа поступала в российский бюджет для финансирования расширения военного потенциала. Таким образом, от западных санкций, помимо россиян, пострадают также европейцы и европейские банки, у которых на Востоке дебиторская задолженность превышает 120 миллиардов долларов. На данный момент эти деньги сложно вернуть.

Можно ли на этом заработать?

Как обычно в таких ситуациях, оптимисты хотят услышать что-то утешительное. А циники проверяют, кому это может быть выгодно, чтобы они могли заработать сами. В краткосрочной перспективе в экономическом выигрыше могут оказаться страны, экспортирующие сырую нефть и природный газ, а также другие энергоресурсы (главным образом уголь, но также и уран). Так что речь идет в основном о Саудовской Аравии, Австралии, Южной Африке, Индонезии… но также и о Соединенных Штатах, которые в последние годы стали нетто-экспортером жидкого топлива. Прибыль также могут получать крупные экспортеры пшеницы и других зерновых, котировки которых бьют многолетние рекорды. Ведь война ведется в «житнице Европы».

Оружейные компании могут дождаться урожая. Регулярная российская агрессия против Украины заставила европейские правительства и общества осознать, что свобода и безопасность не даются раз и навсегда. Что даже в мирное время их цена — миллиарды евро, потраченные на экономически непродуктивные военные расходы. Германия уже объявила о резком увеличении военных расходов: сразу 100 млрд евро и расходы на оборону более 2% ВВП. Польские власти также заявляют о существенном увеличении военных расходов: с нынешних (сильно растянутых) 2% до 3% ВВП в следующем году. А это означает, в конечном счете, сотни миллиардов евро и долларов, оставленных налогоплательщиками у производителей оружия и всевозможной военной техники. Также инвесторы с ВФБ уже несколько дней ищут компании, которые могут заработать на украинской войне.

Возможных победителей войны на Украине можно найти и в широко понимаемой энергетике — я не имею в виду поставщиков нефти и газа. Только посмотрите, что произошло с рейтингами польских «энергетических чемпионов» за последние дни. Индекс ВИГ-Энергия за неделю вырос почти на 30%. Это потому, что ЕС неожиданно извинился перед углем и атомной энергетикой. Безумная «климатическая политика» ЕС (или, по сути, Германии), ведущая к возрастающей зависимости Европы от российского газа, закончилась 24 февраля.

Германия отказывается от безумия закрытия собственных атомная электростанция. Больше энергии (по крайней мере, в краткосрочной перспективе) придется производить из угля, ненавистного Берлину и Брюсселю. Хорошей новостью также является резкое сокращение сертификатов на выбросы CO2. Котировки этого причудливого «воздушного налога» упали за неделю с 95 до 65 €, что повышает рентабельность производства электроэнергии из источников выбросов.

Первые выводы из русской войны

24 февраля мы проснулись совсем в другом мире. На этом разговоры о «конце истории», «мягкой силе» и глобальном сотрудничестве закончились. Путин и Ко показали нам, что старые правила все еще работают: военная сила решает межгосударственные споры, необходима сильная армия, и каждый жестоко сражается только за свои интересы. Это также урок для всех инвесторов.

Во-первых, на рынке возможно все. Даже акции крупных и, казалось бы, стабильных компаний (например, Газпрома, Сбербанка) могут обесцениться за несколько десятков часов, валюта может быстро превратиться в бесполезную бумагу, а товары могут удвоиться в цене за дни и недели.

Во-вторых, к этому стоит быть готовым: диверсифицировать свой портфель географически и секторально. Стоит держать сильные «денежные войска» в постоянной боевой готовности — ведь инвестиционные возможности могут появиться внезапно и неожиданно. И так же быстро исчезнуть.

В-третьих, действия имеют последствия, и их последствия тоже имеют последствия. Пока мы видим только первую волну из них. Трудно предугадать, какими будут следующие. Запад, исключив страну G20 из международного сообщества, возможно, продемонстрировал «единство», но также подорвал основы мирового финансового порядка и роль доллара как главной мировой резервной валюты.

Сейчас в Шанхае, Мумбаи, Сан-Паулу и многих местных финансовых центрах наверняка задаются вопросом, насколько безопасно хранить долларовые резервы, которые любая страна может в любой момент отрезать. Когда дело дошло до Ирана (в 2012 году), никого это не волновало. Но как только он ударит по России, последствия могут быть более серьезными. Не исключено, что решение о заморозке долларовых, евро или фунтовых резервов Банка России и исключении некоторых российских банков из системы SWIFT станет началом конца текущего денежного порядка. В Пекине и Москве уже много лет говорят, что миру нужен новый финансовый порядок (непреднамеренный злой умысел).

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Экономические последствия войны в Украине
Доктор Гжесёвски: Непривитые декораторы после Омикрона снова заболеют через полгода