Хлудзинский: Kghm заменит Россию на рынке меди, серебра или никеля

Агрессия России против Украины вызывает вопросы о стабильности мировой экономики. Однако в настоящее время нет никаких симптомов, которые могли бы потрясти рынок меди. Наши контакты с Россией приостановлены, — говорит Марцин Хлудзинский, президент KGHM.

 Хлудзинский: Kghm заменит Россию на рынке меди, серебра или никеля

Президент КГХМ видит свое место в РЭС. Однако приоритет представляет собой небольшой атом

Агрессия России против Украины в тех масштабах, которые мы наблюдаем, наверное, не снилась ни одному аналитику…

Нарастание напряженности в отношениях между Россией и Украиной и сосредоточение российских войск на границе мы наблюдаем уже несколько недель. Поэтому в рыночных прогнозах допускался такой вариант. Впрочем, прогнозы жертв конфликта, информационной войны — вторые. Это эмоции, не связанные с аналитическими данными.

Как напряженная ситуация на товарных рынках влияет на здоровье компании?

Цены на добываемые нами металлы растут. Это тоже следствие этого конфликта. Мы не сильно зависим от поставок продуктов и сырья с восточного направления. Поэтому мы пытаемся диверсифицировать поставки с того направления, которое еще есть в портфеле закупок компании.

Есть ли риск падения спроса на продукцию KGHM вследствие агрессии России против Украины?

b>

На современном этапе, учитывая масштабы конфликта, нам сложно оценить, снизит ли он и в какой степени спрос на наше сырье. Если бы конфликт распространился за пределы тех масштабов, которые мы видим сегодня, — что в данный момент вряд ли произойдет, — то самым серьезным вызовом для нас стал бы коллапс мировой экономики в контексте потенциальных геополитических конфликтов. Однако спрос на металлы этого не показывает. Риск — вне зависимости от Украины — всегда есть.

Как сегодня KGHM торгует с российскими клиентами?

Наши экономические контакты с Россией косвенно и в малой степени связаны с продажей нашего сырья.

Мы продавали там горнодобывающую технику через нашу дочернюю компанию, но всего несколько штук в год. Наши деловые контакты приостановлены из-за агрессии России против Украины, а также из-за невозможности рассчитаться, что является следствием санкций.

Возникнет ли рыночная брешь в контексте российской агрессии, которую KGHM сможет заполнить?

Влияние России на наш основной продукт, медь, не имеет решающего значения. Растущие цены на это сырье превысили 10 000. дыра. Это связано с неопределенностью предложения, а спрос пока находится на стабильном, хорошем уровне.

Это хорошо для нас. Наш новый австралийский партнер в Чили хочет реализовать и развить медный проект Сьерра-Горда. Наш проект «Виктория» в Канаде имеет большие перспективы с точки зрения добычи не только меди, но прежде всего никеля.

Россия является одним из крупнейших производителей этого металла. Его изоляция на рынках означает, что добыча этого сырья будет еще более прибыльной. В Польше мы все еще работаем над возможностью новых концессий на добычу меди, в том числе в воив. Любушское воеводство. Мы становимся бенефициаром более высокой цены.

Сырье также является подкреплением, и ожидается, что оно будет все выше и выше. Может ли это также повлиять на ваше производство?

Медь в первую очередь является сырьем, необходимым для производства оболочек боеприпасов. Это не основная и существенная часть производства, необходимая для армии. Надо помнить, что красный металл можно найти и в проводах, электроустановках и электронике. В случае с рением мы производим 10 тысяч. тон. Мы также добываем серебро, необходимое для изготовления интегральных схем. Спрос на них растет, но это не будет ключевой отраслью, спрос на которую повлияет на наши результаты.

В условиях агрессии России против Украины ведется поиск альтернативы энергоресурсам из этой страны. Польские энергетические компании выбрали направление диверсификации несколько лет назад. Планирует ли KGHM ускорить реализацию собственных планов вывода из эксплуатации?

Наша стратегия энергетической независимости, которую мы разработали ранее, связана с климатической политикой ЕС. Не секрет, что цена на энергию является основным конкурентным фактором, влияющим на предлагаемые нами цены, помимо затрат на рабочую силу и политику регулирования. Каждый энергоемкий бизнес должен заботиться об этом.

Агрессия России против Украины должна только ускорить эти планы. Мы также наблюдаем отражение энергии в некоторых странах ЕС, таких как Германия. Переопределение энергетической политики может учитывать более медленные темпы отказа от угля, который все еще добывается в ЕС, а также возвращение к ядерной энергетике. Мы наблюдаем последствия зависимости от ископаемого топлива, включая газ, с одной стороны. Война на Украине — лучшее доказательство того, что необходима диверсификация, прежде всего поставок.

Как будет диверсифицировано производство энергии KGHM?

Наши планы основаны на ядерной энергии. В течение 30 лет, несмотря на планы, атомная энергетика не появлялась в польском энергетическом ландшафте. В других странах вокруг нас ядерная энергия является важным элементом безопасности энергоснабжения и декарбонизации экономики. В настоящее время это наиболее рентабельный, экономически, но, как мы видим, и геополитически источник энергии.

KGHM планирует ввести в эксплуатацию первый малый модульный реактор (ММР) в конце этого десятилетия. Войдет ли война в график инвестиций?

Мы не видим угроз, которые могли бы задержать реализацию этого процесса. Мы даже видим возможность ускорения реализации этих инвестиций. Это зависит от доступности технологии с течением времени. Один из инвесторов в Румынии, который планирует реализовать по той же технологии, что и мы, хочет начать производство энергии уже в 2027 году. Это обязательство на уровне соглашения между правительствами Румынии и США.

Мы планируем ввести такой реактор в эксплуатацию через два-три года. Мы не ожидаем технических проблем. А юридические процедуры, связанные с сертификацией, размещением и строительством, могут занять много времени. Война определяет возможность ускорения этого процесса.

Намерен ли KGHM использовать эту технологию помимо обеспечения поставок для собственных нужд?

Технология SMR является масштабируемой, и вы можете инвестировать в дополнительные 6-12 модулей вместе с другими, в зависимости от ваших потребностей. Такие модульные реакторы можно использовать для замены углеродных блоков по мере необходимости. Вопрос в том, не отложится ли эта необходимость в условиях войны. Однако существует множество вариантов инвестирования, чтобы поставлять энергию и в сеть другим получателям.

Известно ли нам потенциальное местонахождение SMR?

Слишком рано указывать место.

Будет ли соблюден срок инвестирования в малые ядерные реакторы? Эксперты говорят, что 2029 год — очень амбициозный год…

Первый идентичный реактор по этой технологии, который мы хотим реализовать, должен быть построен в 2027 году в Румынии. Еще один в США будет построен в штате Айдахо. Технология, в которую мы инвестируем, будет доступна гораздо быстрее, чем BWRX 300, которая также разрабатывается в США. Это как два разных соревнования в рамках одной спортивной дисциплины. Они функционально разные.

Однако хочу подчеркнуть, что здесь нет конкуренции в сфере атомных проектов. Эти технологии, наряду с т.н. большой атом, они дополняют друг друга. Наша реакторная технология относится к мощности 77 МВт, другие технологии ММР говорят о мощности в несколько раз выше нашей. Это также единственная сертифицированная технология для малых ядерных реакторов. Это означает, что он безопасен, и процесс разработки был поддержан Министерством энергетики США на сумму 300 миллионов долларов США. Процесс строительства в Айдахо был профинансирован на 1,2 миллиарда долларов.

Таким образом, мы видим финансовую поддержку этого проекта со стороны государства. Основным акционером проекта является технологический гигант Fluor. NuScale, компания с этой технологией, только выходит на фондовый рынок США. Он очень популярен среди инвесторов. Поэтому соблюдение сроков наших инвестиций возможно и реально. Однако это будет зависеть от правил.

Нужны ли правовые изменения для ускорения процесса сертификации такого реактора в Польше?

Мы находимся в стране проведения интервью. Этот диалог стоит вести в уединении кабинетов. Речь идет о различных процессах, связанных с атомным законом. На мой взгляд, нет необходимости применять к малым ядерным реакторам те же технические строгости, что и к большому. Там другие варианты охлаждения, да и мощность в разы ниже. Наш проект сертифицирован в США. Однако этот процесс должен быть повторен национальными регулирующими органами.

Marcin Chludziński

Он является президентом KGHM с середины 2018 г. Он также входит в наблюдательный совет PZU. В 2016–2018 годах был президентом Агентства промышленного развития. Он также был главой экономического аналитического центра Республиканского фонда. Выпускник Института социальной политики Варшавского университета. Он получил степень магистра делового администрирования в Институте экономики Польской академии наук.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Хлудзинский: Kghm заменит Россию на рынке меди, серебра или никеля
Когда наступит шестая волна COVID-19?