Иерусалимский гордиев узел

По загадочной иронии судьбы Иерусалимский храм дважды сносили в один и тот же календарный день: в девятый день еврейского месяца в 587 г. до н. э. вавилонянами и 657 лет спустя римлянами.

< source media = "(min-width: 705px)" srcset = "https://i.gremicdn.pl/image/free/523eaa1bd5d52322eb8830a125862747/?t=resize:fill:624:390,enlarge:1 1x, https: //i.gremicdn.pl/image/free/523eaa1bd5d52322eb8830a125862747/?t=resize:fill:1248:780,enlarge:1 2x ">

Иерусалим гордиев узел

«Осада и разрушение Иерусалима» — картина маслом Дэвида Робертса 1850 г.

Второму разрушению иерусалимского храма предшествовала почти трехмесячная оборона святого города еврейскими повстанцами, измотавшая обе стороны. После восьми недель неустанных атак римлянам удалось захватить внешние стены Иерусалима. Евреи укрылись в сильно укрепленном храме. Римляне начали сносить соседнюю крепость Антония, чтобы иметь строительный материал для последней платформы, ведущей к воротам двора храма. Еврейский историк Иосиф Флавий, очевидец этих событий, утверждал, что римский вождь не хотел разрушать святое место, надеясь, что защитники из уважения к этому месту капитулируют, чтобы оно не было разрушено. Но когда он понял, что, пока существует храм, евреям будет оказано фанатичное сопротивление, он приказал собрать по 30 человек из каждого века и решил лично повести их в атаку на последний иерусалимский редут. Командование легиона отвлекло его от этой мысли. Закончив насыпи, нападавшие начали наносить удары двумя таранами. Их начальник с тревогой наблюдал за нападением из руин крепости Антония. После многочасовых тяжелых боев римляне подожгли ворота и портики храма. Пожар длился день и ночь. В девятый день еврейского месяца 70 года, который по некоторым оценкам приходился на период с 9 по 17 августа, первые легионеры вошли во внутренний двор храма в Иерусалиме. Там они столкнулись с безумным сопротивлением верующих, которые предпочли отдать жизнь, чем допустить осквернение святая святых. Тит был немедленно разбужен и заснул в крепости Антония в изнеможении. Вождь вскочил и побежал голышом, так как не успел даже надеть легионерский мундир. За ним бежали Агриппа и Береника, а рядом еще сотня легионеров, которых уже было не остановить от яростной мести евреям. Криками они заглушили Тита, который из последних сил хриплым голосом отдавал приказы пощадить храм. Однако, ослепленные кровожадностью, римляне стали уничтожать все, что можно было вырвать, сжечь, разбить или снести.

Камня на камне не осталось

Разрываясь между радостью победы и сожалением об обветшалом сооружении, Тит решил сначала войти во Святое Святых, где должен был находиться Ковчег Завета. Даже еврейский первосвященник имел право входить туда только раз в год и с особым обрядом. Теперь Святое Святых запятнано присутствием голого, грязного языческого римского гонителя евреев. «Тит заглянул внутрь и посмотрел на святое место Скинии и на то, что в ней было, все было гораздо более оглашено среди чужеземцев, и это было так же хорошо, как слава туземцев», — вспоминал Иосиф Флавий. Сообщается, что Тит был настолько впечатлен, что приказал центурионам бить палками легионеров, которые пытались разжечь огонь или повредить это место. Но в хаосе самой страшной ночи Иерусалима никто не смог совладать с безумием убийств. Когда огонь дошел до Святая Святых, унылый предводитель удалился, отказавшись от защиты важнейшей святыни иудаизма от разгневанной армии. Тысячи иерусалимцев собрались вокруг алтаря храма. Они должны были стать последней, самой ужасной жертвой, принесенной в этом месте. Согласно сообщению Флавия, римляне перерезали глотки 10 000 человек. люди. Слава лилась стремительным потоком вниз по ступеням алтаря. «Потрескивание огня, разлетающегося далеко и широко, смешивалось со стонами павших. Можно подумать, что весь холм, на котором стоял храм, представляет собой одну кипящую массу пламени от самого подножия», — писал Иосиф Флавий, ставший свидетелем разрушения Иерусалима. История древнего Израиля закончилась на горе Мориа. А вместе с ним пал и весь святой город на полтысячи лет.

Проклятая арка Тита

Сияя победой в Иудейской войне, Тит Флавий вернулся в Рим в начале 71 года со своей еврейской любовницей Береникой и своим любимым ренегатом Иосифом Флавием. Его триумфальный въезд в столицу империи затмил собой все парады, когда-либо проходившие по улицам этого мегаполиса. Император Веспасиан приветствовал своего сына в храме Исиды. Оба они торжественно принесли жертвы и воскурили благовония, надели на виски лавровый венок и, одетые в пурпур, прошли сквозь толпу, которой форум рукоплескал. Там, приветствуемые сенаторами, они сели на почетные места и с гордостью наблюдали за зрелищем, которое даже сегодня могло соперничать с величайшими военными парадами. По Форуму катились многоэтажные позолоченные платформы, на которых разыгрывались сцены разрушения Иерусалима и убийства его жителей. Иосиф Флавий писал в своей хронике: «Вы могли видеть, как была разорена прекрасная страна». На каждой башне стоял привязанный к столбу вождь израильского города, а самый главный из всех заключенных, предводитель восстания Симон бар Гиора, шел с петлей на шее. Проигравших здесь никто не жалел. Только триумф Рима имел значение. В очередной раз «варварам» предстояло убедиться, что Рим непобедим. Когда процессия достигла храма Юпитера, пленники были казнены, а толпа закричала: «Жертвы были принесены!» В конце этого шествия, перемешанного с цирковым пиршеством, подъехала платформа, на которой перевозили ценнейшую добычу — сокровища из недр самого священного места храма в Иерусалиме. Кто бы ни посмотрел на зрителей, мог бы увидеть, что некоторые повернули головы или закрыли лица платками. Это были римские евреи, и недостатка в них в столице империи не было. Ежедневно они старались не выделяться, перенимая римские обычаи. Но теперь они предстали перед самыми святыми реликвиями своего народа — золотым жертвенным столом, храмовой менорой и Торой. Эти предметы были увековечены на триумфальной арке Тита, под которой с тех пор не проходил ни один благочестивый еврей. Возможно, те немногие еврейские зрители с облегчением узнали, что самого главного — Ковчега Завета — нет среди награбленной святыни. А может, испугались, что коробка уничтожена в хаосе пожара или выброшена, как ненужный старый хлам. Однако ни одно из сохранившихся описаний не указывает на то, что Ковчег находился во Святом Святых, когда обнаженный Тит вторгся в ночь нападения на Храмовую гору. Возможно, самая святая реликвия иудеев осталась где-то в развалинах храма в Иерусалиме. Однако проверить это никто не смог. Иерусалим превратился в резиденцию Девятого легиона, самого свирепого антиеврейского формирования во всей римской армии, символом которого был вепрь. Этот знак, столь оскорбительный для евреев, был помещен на фасаде каждого сохранившегося здания в городе. Когда-то бурлящий жизнью, один из крупнейших мегаполисов Леванта теперь напоминал лунный пейзаж. Хотя Веспасиан официально не запрещал туда евреев, горе всякому еврею или еврею, которого найдут здесь легионеры. Только самым богатым евреям разрешалось въезжать в город для краткого паломничества. Однако им не разрешили подняться на холм Мории. Поэтому те немногие счастливчики, которым это удалось, подошли к единственному сохранившемуся фрагменту стены храма и оплакивали судьбу некогда великого города. Этот обычай сохранился до наших дней.

Неразрешимая проблема

Место, где в храме был помещен Ковчег Завета, сегодня является яблоком раздора между арабами и евреями. Это вершина холма Мориа, известного на иврите как Эбен ха-Шетия, что означает «Основание скалы». Здесь – как верят все три великие монотеистические религии – Авраам хотел принести в жертву Богу своего возлюбленного сына Исаака. Отсюда же, согласно исламскому преданию, пророк Мухаммед вознесся на небо на своем коне Бореке во время своего путешествия во сне, и священная скала так хотела следовать за ним, что самому архангелу Гавриилу пришлось удерживать ее пальцами. Мусульмане верят, что на этой священной скале есть следы пальцев архангела. Некоторые считают, что скала внутри мусульманского святилища, известная как Купол Скалы, является точно такой же Святыней, которую Первосвященник посещал в День Искупления, чтобы предстать перед престолом Господа раз в год.

Статут Храмовой горы — это современный гордиев узел. А как мы знаем из истории, этот узел кизилового лыка, соединявший ярмо и древко старинной фригийской повозки царя Гордия, не мог быть решен рациональным путем. Только Александр Македонский, отрезав себе рот, доказал, что победители были правы и что они писали историю.

Найдет ли Государство Израиль когда-нибудь решение проблемы Храмовой горы? Будет ли это метод Александра Македонского? В 2070 году исполнится две тысячи лет с момента разрушения Храма Ирода 12-м римским легионом под командованием консула Тита Флавия. Станет ли эта необыкновенная годовщина стимулом для восстановления иерусалимского храма? А может быть, храм уже будет отстроен заново?

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Иерусалимский гордиев узел
Правительство приняло законопроект о поддержке заемщиков