Лукаш Варжеха: Качиньский в прошлом и сегодня

Шокирует масштаб падения самого важного политика Польши.

Лукаш Варжеха: Качиньский тогда и сегодня

Интересно, когда я в последний раз слышал речь Ярослава Качиньского, как в старые времена: остроумную, эрудированную, острую, интеллигентную. Ну, это было очень, очень давно.

Вместо этого я прослушал отрывок из выступления в Кошалине, в котором президент ПиС говорит о консистенции угля: «Приходилось покупать в три раза больше угля, чем нужно для сжигания в печах. Почему? Потому что для копчения в печах, особенно современных, годится только этот сортированный уголь, и чтобы иметь один килограмм этого сортированного или одну тонну, надо иметь втрое больше этого несортированного. A & NBSP; это несортированный, который покупает […]. Более того, при транспортировке на более дальние расстояния, особенно кораблями, сортированный превращается в несортированный просто потому, что при транспортировке рассыпается». К сожалению, Качиньский не вдавался в детали конструкции печи и не приводил классификации так называемых марок угля, но у меня сложилось впечатление, что он был близок к ней.

Так же живо вспоминается выступление товарища Веслава, который в ужасно длинных речах дотошно перечислял, на сколько процентов увеличилось производство того или иного.

Наблюдение за высказываниями президента ПиС во время встреч с народом приводит к выводу, что речь Вождя, по сути, состоит из двух нитей, органично переплетающихся друг с другом. Первый — это проиллюстрированный выше сюжет: вхождение в какие-то абсурдные подробности, о которых Качиньский на самом деле не знает, а лишь повторяет то, что слышал от кого-то в своем кабинете, — отсюда и многочисленные неудачи. Так же живо все больше и больше вспоминаются речи товарища Веслава, который в своих ужасно длинных речах дотошно перечислял, на сколько процентов произведено это и nbsp;

Вторая нить — крайне вульгаризированный вариант политического манихейства, при котором в польской политике происходит столкновение добра (ПиС) и зла (большая часть оппозиции во главе с ПО). Единственным спасением для Польши является третий срок ПиС, а победа оппозиции означает, что страной с заднего сиденья будет править канцлер Шольц, народ будет лишен всех социальных благ, а власть найдет воров и бандиты.

К этому можно добавить неизменно появляющиеся рассказы о том, сколько денег госбюджет собрал на ПиС, сколько ПиС уже отдал и сколько отдаст. Скачки, которые делает президент между этой поэтикой в ​​своих речах, даже по-своему завораживают.

Но это тоже удручает. Самый важный политик в Польше, единолично определяющий курс государства, и это теряется в деталях, из которых ничего не выходит, и служит истории, которая, если бы в нее верили, действительно должна была бы означают делегитимацию крупнейшей партийной оппозиции как среды, состоящей из агентов из России, Германии и воров. А некоторые сочетали бы принадлежность к двум, а то и ко всем трем этим группам. Если вспомнить семилетней давности Ярослава Качиньского — блестящего политика с относительно последовательным видением крупных изменений в государстве, — масштабы упадка становятся почти ошеломляющими.

Автор является обозревателем «Do Rzeczy»

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Лукаш Варжеха: Качиньский в прошлом и сегодня
Томаш Пьетрига: Дело проф. Герсдорф. Краткое размышление