Максимилиан Станулевич: Лучшее всегда враг хорошего

Предлагаемые изменения в Уголовный кодекс идут не в том направлении. Они являются выражением как религиозного радикализма, так и правового волюнтаризма.

Максимилиан Станулевич: Лучшее всегда враг хорошего

В последние дни в медиапространстве появилась информация о проводимой в Министерстве юстиции работе по «разъяснению» положений Уголовного кодекса, а именно ст. 195 и 196. Эти положения, гарантирующие уголовно-правовую защиту свободы совести и религии (свободы вероисповедания), являются, по мнению инициаторов из Solidarna Polska, слишком общими. Таким образом, они не обеспечивают реальной защиты такого необходимого блага, как свобода вероисповедания. Помимо политических мотивов этой инициативы, которая представляется попыткой партии Збигнева Зебро завоевать благосклонность Церкви в Польше, эта инициатива вызывает серьезные сомнения с точки зрения защиты гражданских прав и свобод.

Ужесточение санкций, неясные критерии

Предлагаемые изменения в Уголовный кодекс касаются как публичной сферы, то есть безопасности совершения религиозного деяния (ст. 195 Уголовного кодекса), так и индивидуальной сферы, то есть защиты религиозных чувств (ст. 196 УК РФ).

Статья 195 УК РФ предусматривает штраф, наказание ограничением свободы или наказание лишением свободы на срок до двух лет за злостное вмешательство в публичное исполнение религиозного акта церковью или иным религиозным объединением на регулируемой правовой основе.

При этом авторы предлагают убрать предпосылку о злом умысле как препятствующую эффективному преследованию таких преступлений, а также ужесточить санкции до трех лет лишения свободы в ситуации, когда имело бы место фактическое прерывание, например, службы. или масса. Принятие этого предложения будет означать, что правоохранительным органам больше не придется расследовать, было ли, например, срыв массы вызван низкими мотивами, т.е. злонамеренным. Просто каждый такой случай будет преследоваться и санкционироваться, в том числе и гораздо выше.

Представляется, что предложения по изменению ст. 195 УК РФ может представлять угрозу свободе слова и собраний, гарантированной Конституцией Польши.

Еще дальше, предложения окрестностей, мин. Зиобры вмешиваются в содержание ст. 196 УК, которая в действующей редакции («Кто оскорбит религиозные чувства других людей публичным оскорблением объекта религиозного культа или места, предназначенного для публичного совершения религиозных обрядов, подлежит штрафу, ограничению свободы или лишению свободы на срок до 2 лет») заменить положением о том, что «Кто публично оскорбляет или высмеивает Церковь или иную религиозную организацию с регулируемым правовым положением, ее догматы и обряды, наказывается лишением свободы на срок до двух лет», и три года, когда это происходит в СМИ.

—M77sFFk-F»>Здесь инициаторы не скрывают своих намерений. Заметим, что преступление мошенничества или издевательства может трактоваться обвинением очень широко и ничто не мешает нам рассмотреть, например, фильмы братьев Секельских о священнослужителях-педофилах. Потому что в этом проекте речь идет об одной Церкви, а не о церквях и религиозных объединениях во множественном числе, как это было до сих пор. Вы можете догадаться, что это католическая церковь большинства. Подтверждением этому служит тот факт, что в предложение включен новый предмет правовой защиты, которым являются догматы, т.е. принципы вероучения.

Они, являясь неотъемлемым инструментом просветительской миссии католической церкви (магистериума), строго ими интерпретируются. Следовательно, это означает, что они будут подлежать защите принципов католической веры, что уже характерно для конфессионального государства. И эта модель государственно-церковных отношений противоречит обязательному конституционному порядку.

Кстати, отметим еще одно из предложений: оно заключается во введении определенного контртипа. Как подчеркнула Solidarna Polska, согласно проекту не будет считаться преступлением публичное выражение убеждений или мнений, связанных с исповедуемой религией. Это должно позволить полностью реализовать конституционный принцип свободы религии, защищая ее публичное и частное проявление. Однако не может не сложиться впечатление, что во имя непонятого плюрализма и баланса речь идет об отсутствии наказания за провозглашение анти-ЛГБТК, расистских, антисемитских или ксенофобских взглядов членами как католической церкви, и радикальные новоевангелические церкви.

Агрессия по отношению к христианам?

Предлагаемые изменения обосновываются тем, что, по словам заместителя министра юстиции Марчина Вархола, а также членов «Солидарности Польши», в стране имеют место вопиющие примеры агрессии против христиан и осквернения религиозных символов. По мнению министерства, решения не очень конкретны, что часто приводит к безнаказанности преступников. В результате предлагаемых изменений право исповедовать религию должно быть усилено защищено, особенно сейчас, когда практика направлена ​​на расширение свободы в других сферах, например, в правах ЛГБТ и за счет христиан. Более того, принятие предложенных решений будет способствовать свободе выражения мнений в публичной сфере.

Но о чем это на самом деле?

Приведенная выше аргументация кажется глубоко ошибочной. Польша не является местом какой-либо религиозной войны или действий против христианства. Напротив. Как католическая церковь, так и другие церкви и религиозные объединения непрерывно выполняют свою миссию при большой благосклонности властей, особенно к церкви большинства. События, на которые ссылается министр Вархол, произошли более полутора лет назад и стали реакцией на спорное решение Конституционного суда от 22 октября 2020 года по делу т.н. евгенический аборт. Поэтому нельзя упускать из виду фактический и юридический контекст демонстраций и хеппенингов осени 2020 года, которые, хотя и удивляли своей массой и интенсивностью, были реализацией гарантированных Конституцией прав и свобод в нашей стране.

Следует подчеркнуть, что в соответствии со ст. 25 сек. 2 конституции, «государственные органы в Республике Польша должны быть беспристрастными в вопросах религиозных, философских и философских убеждений, обеспечивая свободу их выражения в общественной жизни». Это системный принцип, согласно которому государство сохраняет равное расстояние от различных религиозно-философских систем.

Принцип беспристрастности гарантирует реальное и полное осуществление человеком своей свободы совести и вероисповедания. Таким образом, отчетливо виден конфессиональный и процерковный характер предлагаемых изменений, нарушающих этот принцип.

Тем более, что — как предлагают заявители — не потерпевшая сторона, а прокурор (государственный орган!) будет самовольно решать, что является оскорблением религиозных чувств, а что нет.

Совесть и религия или религия?

Упомянутый выше принцип беспристрастности является конституционной гарантией свободы совести и вероисповедания, выраженной в ст. 53 Основного Закона. Без такой гарантии было бы невозможно полностью и в соответствии со стандартами верховенства права пользоваться этой фундаментальной свободой.

Проблема в том, что свобода совести и религии — чрезвычайно сложное понятие, имеющее множество измерений и различных терминов. Он содержит два элемента: свободу мировоззрения (внутреннюю) и свободу выражения, публичного исповедания (внешнюю). И только последний аспект подлежит правовому регулированию, так как может возникнуть коллизия между различными охраняемыми законом товарами. В широком смысле законодатель обеспечивает защиту выражения или публичного исповедания всех взглядов, как религиозных, так и атеистических, признавая их ценность в равной степени. Такая модель характерна для светского, радикально светского государства, такого как Франция или Чехия. С другой стороны, в светских странах, признающих особое значение религии в общественной жизни, таких как Германия, Австрия, Италия или Польша, таким образом защищаются только религиозные практики и жизнь. Значит, речь здесь идет об узком понимании свободы совести и вероисповедания, то есть о свободе вероисповедания, характерном для стран с обособлением т.н. сотрудничество.

Разница между двумя взглядами на свободу сводится к ее масштабам: свобода «от» или «к» религии.

Валек-фундаментализм

Предлагаемые поправки в Уголовный кодекс идут не в том направлении. Они являются выражением как религиозного радикализма, так и правового волюнтаризма.

проф. Станислав Обирек, объявивший некоторое время назад о постепенной «иранизации» Польши. В такой системе, при полном политическом сотрудничестве католической церкви и государственной власти, религия, к которой общество относится все более равнодушно, будет дубиной для врагов системы, а ее догматы — частью государственного права.

Мрачное видение, но тревожно близкое.

Автор — д-р. hab., профессор кафедры исследования государственных систем Университета Адама Мицкевича в Познани, эксперт по религиозному праву

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Максимилиан Станулевич: Лучшее всегда враг хорошего
Польша зафиксировала самый высокий торговый дефицит с Россией с 2014 года.