Михал Шулджинский: Папа Франциск не с Запада

Позиция Франциска обусловлена ​​тем, что он не западник, как мы, а также тем, что он не хочет говорить громких слов, а расстраивать нас, раздражать, заставлять задуматься.

< source media = "(min-width: 1353px)" srcset = "https://i.gremicdn.pl/image/free/245f302331ee62ff78a6e15253d2fbf1/papiez-franciszek?t=crop:1920:1191:new:0:93, изменить размер: заполнить: 948: 592, увеличить: 1 1x, https://i.gremicdn.pl/image/free/245f302331ee62ff78a6e15253d2fbf1/papiez-franciszek?t = кадрировать: 1920:1191: новый: 0:93, изменить размер: заполнить :1896:1184, увеличить: 1 2x">

Михал Шулджинский: Папа Франциск не из Запада

Папа Франциск

Слова Франциска о том, что НАТО лает на дверь России, вызвали ужас во всем западном мире. Понятно, что этот фрагмент интервью Папы для «Corriere della Sera» может шокировать по двум причинам. Во-первых, это можно рассматривать как обвинение в этой кровавой войне Запада, в то время как ответственность за нее лежит исключительно на агрессивной позиции России и президента Владимира Путина. Во-вторых, сообщение Папы может опасно рифмоваться с российской пропагандой о том, что это не кремлевская агрессия, а только самооборона: Россия решила провести спецоперацию на Украине, чтобы не подвергнуться нападению со стороны НАТО.

-ewzd9izxU2 «>Однако мне кажется, что стоит немного углубиться в анализ папских слов, чем довольствоваться простым возмущением. Нет, я не собираюсь защищать Папу, но я также не собираюсь присоединяться к хору, который только вешает на него собак за то, что они говорят — nomen omen — о лае. Кажется, что отношение Франциска связано с тем, что он не западник, как мы, а также с тем, что он хочет не говорить круглых слов, а отвлекать нас, раздражать нас, заставлять нас думать.

Во-первых, после ознакомления с тезисами, содержащимися в интервью, необходимо констатировать, что Папа Римский вовсе не релятивизирует вину Путина. Он прямо говорит, что только он способен закончить эту войну, потому что он ее начал. И он не понимает, почему он это сделал. Вот тут-то и произносятся те прискорбные слова о натовском лае, которые возмутили общественность. Его трудно обвинить в наивности или желании поставить отношения с русским патриархом Кириллом выше судьбы украинцев. Папа рассказывает о своем сложном видеоразговоре с Кириллом, в ходе которого у него сложилось впечатление, что он является чиновником путинского государства. Он также сообщает, что отменил запланированную на июнь встречу с патриархом в Иерусалиме. Вряд ли это свидетельствует о каком-то особом подчинении России. Когда он говорит, что хочет в Москву, а не в Киев, это не значит, что он игнорирует украинцев (он объясняет, что отправил туда своих кардиналов), а хочет поговорить с Путиным об окончании войны. Так что, кроме крайне неудачных слов о лающем НАТО, есть то, что должно быть в таком интервью.

Папа не хочет говорить как военный или политический лидер. Я хочу быть духовным лидером

Так откуда же взялась эта неудачная фраза? Возможно, слова о НАТО доказывают, что Папа не человек, укорененный в западноевропейском представлении о мире, где НАТО на стороне добра, а остальные на стороне зла. Вспоминая, как выглядят голосования по осуждению России на различных мировых форумах, мы видим, насколько Запад одинок в своем подходе. Китай, Индия, Латинская Америка и Африка избегают этой дихотомии, не говоря уже о государствах-сателлитах России. Опять же, я не защищаю Папу, но хочу понять, что он говорит. И просто не похоже, что он чувствует себя частью этих ящиков. Во всяком случае, это можно подтвердить его словами о том, что мировая война уже давно идет: Сирия, Йемен, Ирак, Африка…

Во-вторых, папа не хочет говорить как военный или политический лидер. Он хочет быть духовным лидером с целью вытолкнуть мир из зоны морального комфорта. И в этом он последователен — он осуждает мировую торговлю оружием как источник зла, исходя из пацифистских предположений. Папа хочет шокировать нас, заставить задуматься о том, что мир возможен только тогда, когда мы отвергаем логику войны. А торговля оружием следует логике войны.

Опять же, я не согласен с этим моральным максимализмом, но Франциск как религиозный лидер имеет на него право. Поэтому нельзя упрекнуть его в том, что он не дает военных или политических советов. Он призывает не к прекращению огня, не к новой холодной войне, а к отказу от военного мышления. Это моральный вызов, а не политический или военный. Он взывает к совести. И делает он это не поглаживанием, а старается идти совершенно против течения. И мы не обязаны с ним соглашаться — папское учение включает в себя не размышления над текущими вопросами, а только вопросы догматические и нравственные. А Папа хочет расшевелить нашу западную совесть. Возмущение является доказательством того, что оно причиняет нам боль. А может быть, Папа хочет, чтобы ему было больно?

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Михал Шулджинский: Папа Франциск не с Запада
Пенсионные поправки. Президент подписал поправку в закон о СИЗ, Ике и Икзе