Оценка регулирующего воздействия — это чтение чайных листьев

В Польше не проводится постфактум анализ функционирования принятого закона, а то, что предусмотрено в конституции, может быть неэффективным, считает д-р. Кшиштоф Козьминьски, руководитель Центра оценки регулирующего воздействия Варшавского университета. Эта организация призвана помочь политикам разработать более эффективные правила.

 Оценка регуляторного воздействия снова в центре внимания

Все видят, как мы принимаем законы в Польше. Центр создавался из научной или практической необходимости? Вы хотите быть суперагентом, который будет пересматривать закон в Польше?

Потребность была всеобщей. Явления легальной инфляции, иногда называемой правовым кризисом, а иногда чрезмерной зарегулированностью, происходят в странах Западной Европы и, что удивительно, также в англо-саксонских странах. В течение нескольких десятилетий предпринимались попытки выработать «лучшее регулирование». И речь идет не только о законе, отвечающем потребностям бизнеса и общества, но и о том, чтобы не вводить бюрократические регламенты, которые обходятся дороже, чем приносят прибыль. Дело в том, что качество законодательства должно быть выше, а положения должны быть понятными. А эти, скажем честно, у нас непонятно, что я говорю и как практик, и как преподаватель вуза. Мы хотим, чтобы закон был доступен, а процедура его возникновения была более открытой для заинтересованных сторон. Ни у меня, ни у различных практиков в других странах нет иллюзий, что всегда можно будет найти решения, которые устроят всех. Это очевидная иллюзия. Но сам факт того, что стороны, т.е. потребители, предприниматели, фермеры или производители, имеют возможность представить свои аргументы в ходе публичных консультаций, согласитесь, это справедливо.

Где проблема?

К сожалению, проблема сложная, но ограничусь примером: во многих странах уже давно гораздо лучше реализованы процедуры консультаций, которые позволяют реально представить свою позицию различным заинтересованным группам, позволяют независимым экспертам формально оценить достоверность последствий нормативных актов и даже защиты от принятия нормативных актов, неконституционных.

Польская проблема заключается в отсутствии процедур и недостаточном вовлечении экспертов в законотворческий процесс?

Проблема не столько в дефиците процедур, сколько в их реализации. Многие из них просто неэффективны. В Польше с точки зрения буквы закона система законотворчества безупречна. У нас есть процесс оценки регулирующего воздействия. Сама конституция требует, чтобы в законопроекте были представлены финансовые последствия его реализации. Правила Сейма содержат соответствующие положения, у нас также есть правила законодательной техники и правила процедуры Совета министров, но на практике оценка воздействия нормативных актов, т.е. РИА — это желаемый способ дизайнера показать свои идеи оптимистического сценария. Без каких-либо доказательств, методики их расчета. В них мы читаем, что данное постановление будет способствовать увеличению доходов бюджета, не оказывая при этом негативного влияния на положение предпринимателей, работников и налогоплательщиков. Создается видение страны вечного счастья.

Как вы думаете, причина этого в том, что RIA основаны на сомнительных данных? А еще есть так называемые пишете по желаемому за действительное мнению правительства, лоббистов, партии?

Конечно. Интересно, что это глобальная проблема, в чем мы смогли убедиться во время зарубежных ознакомительных визитов в проект Центра оценки регулирующего воздействия Варшавского университета, финансируемый МЭиН на сумму более 1,7 млн ​​злотых, реализованный с коллегами из Факультет права и управления: профессор Кшиштоф Щуцкий и доктор Михал Яблонский. Подобные проблемы возникают, в том числе в Нидерландах, Англии, Израиле, Бельгии, а также на уровне принятия правил ЕС. Важна, несомненно, сильная зависимость качества законотворчества от политической культуры данной страны. А это несомненно разные. Мы можем представить единое юридическое решение с точки зрения последствий нормативной оценки, но в конечном итоге эта политическая культура, опыт, привычки, церковный дух или партийная или политическая ситуация определяют конечный результат.

У нас есть диагноз, что не так с нашим законом? И только с нашими?

В ходе многочисленных встреч — в т.ч. Комитет по регуляторной политике в Лондоне, Европейская комиссия, министерство юстиции Нидерландов или глава отдела «улучшения регулирования» в канцелярии премьер-министра Израиля, а также многочисленные ученые и эксперты обнаружили, что, хотя нет универсальных решений. Невозможно внедрить правила из одной страны в другую, потому что наши политические культуры совершенно разные. Было бы полезно иметь независимую от правительства основную экспертную группу, оценивающую достоверность АРВ, представленного инициатором проекта.

Итак, что вы хотите сделать в рамках своего проекта UW?

< p class = "articleBodyBlock article - параграф" id = "block-id-gEP7B3IWQQ">Что-то вроде этого. Мы представляем себе, что — по аналогии с английским РПЦ — можно рассматривать избранные проекты с точки зрения их экономического и социального обоснования и выставлять рейтинги: положительные, когда они обоснованы, отрицательные, когда инициатор проекта относился к РИВ лишь формально. .

Но на каком основании можно сделать такую ​​оценку, коль скоро заинтересованное министерство имеет доступ к данным, в т.ч. конфиденциальные данные Как дела в Польше? Как они проверяют эти данные? Откуда вы знаете, что они заслуживают доверия?

Внешнее учреждение, оценивающее достоверность АРВ, должно иметь право не только на доступ к полным данным поставщика проекта, но и на возможность получения собственных данных, например, посредством открытых слушаний и консультаций с участием заинтересованных сторон (например, предпринимателей, потребительских организаций, работодатели, профсоюзы и др.).

Вы говорите, что это то, на что похожа Великобритания? И правительство слушает их и подчиняется их суждениям? Если купюра получает красную карточку, она попадает в корзину?

Хотя позиции институтов типа ПКР не являются обязательными, английский пример показывает, что правители серьезно относятся к этим мнениям. Помимо того, что слабая обоснованность проекта компрометирует его автора в глазах общественного мнения, оппозиции и даже собственного политического лагеря, лица, принимающие решения, осознают, что в их собственных интересах принимать решения, имеющие положительное влияние на экономическую и социальную ситуацию.

Одно дело старая британская демократия, а такая молодая страна, как Израиль?

Там мы встретились не только с официальными лицами, но и с видными учеными — специалистами в области поведенческого и экономического анализа права. Узнали, в том числе, как использовать психологический аспект при подготовке регламентов.

Почему?

Потому что люди совсем не рациональны. Это относится к гражданам, потребителям, предпринимателям и преподавателям университетов. Вопреки нашим ожиданиям, в повседневной жизни мы не обязательно поступаем рационально, не подчиняемся равнодействующему соотношению затрат и прибыли. Нами очень часто правят эмоции, убеждения и стереотипы. Это было хорошо видно во время ковида: иногда вместо ограничительной регуляции на нас более эффективно влияют импульсы, направленные на эмоции.

Между Израилем и Польшей много общего. Партийная раздробленность, многочисленные проблемы с формированием парламентского большинства, формированием правительства. Звучит немного знакомо.

Действительно — сходства много. У нас состоялся очень интересный разговор в Иерусалиме с высокопоставленным чиновником государственной администрации, который убедил нас в том, что в случае реформы законотворческого процесса установки и привычки играют большую роль, чем процедуры и институты: поиск консенсуса, открытость к диалогу с другой стороной, переговорный элемент в политике.

Идеалистический. Наши политики вдруг решили бы, что политическая борьба окончена, ведь сейчас время любви и создания совершенного закона? Вернемся на землю, например в Брюссель.

В Брюсселе мы встретились с представителями Контрольно-надзорного совета Европейской комиссии. Здесь подчеркнута необходимость максимальной прозрачности процесса АРВ, а также акцент на фискальных нагрузках – следует исходить из того, что даже в случае необходимости принятия новых нормативных актов, которые всегда связаны с бюрократическими обременениями и затрат, возможность «регуляторных послаблений» необходимо искать параллельно в других местах. Образно говоря: мы должны использовать метод «что-то для чего-то». При введении нового обязательства или платы мы рассматриваем возможность возмещения ущерба адресатам по-другому.

Как бы вы хотели использовать опыт этих центров в Польше?

Мы собрали много данных и анализов, ищем адекватную модель. Невозможно строго выполнять решения, найденные у других. В этом нам поможет вторая фаза проекта — создание десятка междисциплинарных экспертных групп. Не только юристы, но и экономисты, социологи, психологи, специалисты по менеджменту, а может быть, и представители точных наук. В ходе анализа мы попробуем разные методики. Мы проверим опытным путем, проверим эффективность и подготовим альтернативы правительственному RIA. Для того, чтобы через два года, когда проект будет завершен, представить лицам, принимающим решения, оптимальную модель, которая наилучшим образом соответствует потребностям Польши.

А сегодня? Что, по вашему субъективному мнению, мы должны порекомендовать правителям?

Мне кажется, что в Польше отсутствуют оценки ex post OSR. Сегодня мы оцениваем последствия, пока мы находимся в процессе создания законов и законодательного процесса. Но у нас нет процедуры или специализированного органа, который бы время от времени проверял отдельные законы и правила и указывал бы правителям, общественности, что какие-то правила больше не работают и их нужно изменить.

С текущей динамикой нормативных изменений?

Конечно, трудно предсказать начало войны, инфляцию и т. д. И то или иное регулирование может какое-то время работать, а потом потребует корректировки. Другие страны уже интенсивно работают над этой проблемой при лучшем регулировании, и они делают это комплексно. Я бы порекомендовал создать в Польше такой Комитет по регуляторной политике, аналогичный учреждению, действующему в Вестминстере.

Проверим на примере. У нас есть лоббистский акт в Польше. Принятая несколько лет назад на основании, в частности, дело Рывина. С самого начала его критиковали как юридическую помойку.

Закон о фиктивном регулировании никоим образом не является барьером для патологического поведения со стороны рынка и лиц, принимающих решения. Он не регулирует так называемый дикое лоббирование. Это не останавливает порождающие коррупцию настроения. С другой стороны, это не способствует эффективному и прозрачному общению между заинтересованными сторонами и лидерами.

Это правило является вымыслом. Но какой у нас есть выбор, кроме как закрыть двери министров перед лоббистами? Как сделать его прозрачным?

Вы за разделение, я за открытость, за приглашение всех заинтересованных сторон.

В идеальном мире согласен. Но опыт говорит об обратном. Как контролировать лоббирование, когда мы страна, где мы освоили закон, обходя закон в совершенстве?Это был стандартный вопрос, который мы задавали во всех наших интервью. Наши эксперты увидели эту проблему – использование консультационных процедур, открытость чиновников к заинтересованным сторонам, к собственным интересам и даже к таким сомнительным отношениям, о которых говорилось. В европейских странах это считалось неизбежным, просчитанным, данные собираются разными способами, но прозрачными, каждый может представить их на открытых консультациях. Позже власти, наконец, пытаются проверить некоторые из этих данных. В случае с Израилем они увидели и поняли, что лоббирование — это способ оказания давления на правителей, связанный с этим риск, и поэтому ценна некоторая сдержанность.

Кшиштоф Козьмински является доц. кандидат юридических наук, заведующий кафедрой экономического анализа права факультета права и администрации Варшавского университета. Юрисконсульт, партнер юридической фирмы Jabłoński Koźmiński, эксперт неправительственных организаций.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Оценка регулирующего воздействия — это чтение чайных листьев
Продолжение «Размышлений об Уолл-стрит». Санкции важнее войны