Павел Войцеховский: Кто ворует сосиски

Инфляция поднимает уровень политических споров все выше и выше, а вместе с ней растет потребность искать виноватых.

Павел Войцеховский: кто крадет пары

Матеуш Моравецкий

С ростом инфляции премьер-министр ищет «мальчика для битья». Это должна была быть пандемия, затем климатическая политика ЕС и, наконец, Россия. Панический поиск нарративов не убеждает общественность, а настоящим ударом по правительственным пропагандистам стал опрос общественного мнения, проведенный в минувшие выходные, который показал, что более половины опрошенных винят в инфляции безответственную политику правительства и НБП.

Интуицию респондентов подтверждает Евростат, который сравнивает, в частности, Базовая инфляция. Этот параметр рассчитывается без учета цен на продукты питания, энергоносители, газ — всего, что можно было бы списать на российскую агрессию или энергетическую политику. Цифры беспощадны для PiS: с декабря 2021 года по март 2022 года базовая инфляция в Польше была самой высокой во всем ЕС. Он достиг 14,3% при среднем показателе в ЕС 4,3%.

Неудивительно, что рынок не в состоянии плавно поглощать большие суммы денег, так как политика PiS заключается в наводнении экономики с последовательными переносами. И если, вопреки обществу и данным, правительство избегает указывать на истинную причину высокой инфляции, трудно ожидать прорыва в борьбе с ней до выборов.

Премьер мужественно борется с вызванной им проблемой, но эта борьба подобна тушению пожара бензином, что можно увидеть в т.н. антиинфляционные щиты. На этот раз правительство хочет сосредоточить обсуждение на помощи пострадавшим от инфляции, например, тем, кто увеличил платежи по кредиту из-за повышения процентной ставки НБП. Первым сигналом к ​​изменению нарратива стало замечание премьер-министра о том, что инфляция — явление не экономическое, а социальное. Позже оппозиция дала повод правительственному нарративу, инициировав дискуссию о замораживании WIBOR или выплат по кредиту.

Этим моментально воспользовался премьер-министр, чтобы не обсуждать инфляцию в пользу якобы лечения ее симптомов — растущих взносов по ипотеке и эрозии сбережения на банковских счетах. Кстати, в рамках своей политики порицания он умело использовал свое отвращение к банкам. Звучало как в культовом фильме «Мишка Тедди»: поедателям колбасы мы говорим НЕТ!

Премьер открыл ящик Пандоры: само объявление о замене WIBOR другим индикатором вызвало шквал вопросов. Поскольку правительство приняло решение о его ликвидации только тогда, когда появились претензии клиентов, оспаривающих соответствие WIBOR требованию ЕС о представительности, может быть, здесь есть серьезные оговорки? Можно ли говорить о рыночном WIBOR, так как часть сделок была заключена по этой цене? А если WIBOR действительно был установлен искусственно, не грозит ли нам скандал, подобный LIBOR? Какой может быть шкала компенсации? Если WIBOR исчезнет, ​​каковы будут платежи по существующим кредитам? Ведь нельзя заменить действующее по договору соотношение другим без согласия сторон. И если это произойдет и WIBOR больше не будет, будет ли он обнулен на практике и рассрочка будет равна марже? Вопросов много, и появляются новые. Может надо было с них начинать отход от WIBOR? Общественность имеет право знать, что с ним не так.

Почему такой внезапный шаг премьер-министра? Помочь заемщикам и одновременно увещевать банки или прикрыть неряшливого регулятора рынка? Чтобы никто не спросил «для чего этот медведь?» «Поскольку никто не знает, для чего это нужно, вам не нужно беспокоиться о том, что кто-то спросит».

Павел Войцеховский — профессор Wszechnica Polska, бывший президент нескольких компаний рынка капитала.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Павел Войцеховский: Кто ворует сосиски
Врачи рассказывают о новом симптоме омикронной инфекции у детей