Первые уроки гибели Москвы

Гибель крейсера «Москва» и последующая информационная путаница вокруг фрегата «Адмирал Макаров» дают прекрасную почву для размышлений о будущем военно-морской войны. Конечно, крайность загнивания и крушения кораблей перед лицом систем береговой обороны должна быть отвергнута. Столь же некорректно судить о живучести надводных кораблей и эффективности ПКР по опыту Второй мировой войны.

Начнем с случая Москвы и выводов, пока основанных на Источники OSINT. Как указывает в интервью USNI News отставной командующий ВМС США, в настоящее время аналитик Крис Карлсон, имеющиеся фотографии показывают, что радары наблюдения за воздушным пространством на крейсере, скорее всего, не были активны. Откуда такой вывод? Антенны обзорных РЛС MR-800 Woschod и MR-710 Friegat находятся в тех же положениях, что и на большинстве имеющихся фотографий Москвы. Это говорит о том, что приборы были выключены, а антенны находились в прогулочном положении. Если бы антенны перестали вращаться в результате отключения электроэнергии, они почти наверняка перестали бы вращаться.

Это имеет далеко идущие последствия. . Если радар наблюдения за воздушным пространством не работал, экипаж крейсера был слеп. Не зная о неминуемой угрозе, она не активировала РЛС управления огнем зенитных комплексов «Форт» и «Оса-МА», не говоря уже о комплексах непосредственной защиты АК-630.

Карлсон указывает на одного более важная деталь. Возможно, один из украинских Нептунов пробил на высоте переднего машинного отделения. Помимо повреждения турбин, такой удар мог также искривить карданный вал и, как следствие, повредить редуктор. Таким образом, способность корабля двигаться будет снижена. Однако в данном конкретном случае это не является ключевым фактором. Серьезное повреждение отсека привода означает снижение или даже потерю электроэнергии. Это, в свою очередь, приводит к потенциальному отключению автоматических систем контроля повреждений корабля.

Первые уроки гибели Москвы

Береговая батарея «Нептун» и личный состав.
(Администрация Президента Украины)

Отдельным вопросом остается фактическое техническое состояние радиолокаторов и систем спасения и пожаротушения. Не менее важен уровень подготовки экипажа по ликвидации последствий попадания и полученных повреждений. Можно смело предположить, что оно было не самым высоким, и потеря мощности в первые минуты попадания только усугубила проблемы.

Сопротивление корабля

Заметим, однако, что несмотря со всеми этими недостатками Москва выдерживала в течение десятка с лишним часов на поверхности моря, и мы даже успели ее вытащить. Монца поэтому предположил, что если бы корабль был в лучшем техническом состоянии, то есть прошел бы полную модернизацию, а экипаж был бы лучше обучен, то часть доставили бы в Севастополь. Таких инстинктов в истории морских войн немало.

В майском номере журнала «Труды» о потоплении флагманского корабля Черноморский флот с технической точки зрения капитан-лейтенанта в отставке Алан Д. Зимм. Он начал свой аргумент, сославшись на устоявшееся правило, согласно которому для обезвреживания корабля необходима тысячефунтовая (454 килограмма) бомба (эквивалентная кубическому корню из одной тысячной тоннажа судна). Масса боевой части «Нептуна» составляет около 150 килограммов, поэтому, согласно упомянутому выше правилу, для потопления Москвы потребуется пять ракет. Двух было достаточно.

Горящая и тонущая Москва.

Важно отметить, что правило устарело сорок лет назад во время Фолклендской войны & # 8211; Эсминец HMS Sheffield затонул после попадания одного Excocet, хотя теоретически для этого потребовалось бы два или три снаряда. Откуда такое несоответствие между теорией и практикой? Правило тысячефунтовых эквивалентов бомб восходит к Второй мировой войне, и с тех пор корабли и средства борьбы с ними сильно изменились.

Зимм указывает, что современные агрегаты являются плавающими бомбами по сравнению с их предшественниками восемьдесят лет назад. Основное вооружение уже не артиллерия, а ракеты. Это огромные количества взрывчатки и ракетного топлива, хранящиеся на неохраняемых складах. Судя по имеющимся фото, Москва попала в снаряд зенитной установки «Оса-МА», что вызвало пожар, который очень трудно потушить. Помимо ракет современные корабли набиты горючими электрическими кабелями для облегчения распространения огня.

Запуск противокорабельного NSM ракета с беспилотной пусковой установки NMESIS.
(Raytheon)

Поэтому корабли Второй мировой войны были менее огнеопасными, а на крейсерах и линкорах склады боеприпасов были защищены броней. Конечно, это не гарантировало полной безопасности, но затонувшие из-за взрыва боезапаса были относительно редки, самые известные случаи — британский линкор HMS Hood и итальянский линкор Roma. Капот имел устаревшую броню, а Рома нанес прямое попадание 1,5-тонной авиабомбы в патронник. Следующей жертвой взрыва боеприпасов стал японский линкор «Ямато», который, однако, пошел на дно после попадания не менее одиннадцати торпед и шести бомб. Потребовалось семнадцать бомб и девятнадцать торпед, чтобы потопить близнеца Мусаси. В обоих случаях она была значительно выше расчетного эквивалента 1000-фунтовой бомбы.

Такие обсуждения являются хорошей почвой для регулярно повторяющихся дискуссий о полезность линкоров в современной морской войне. По мнению сторонников строительства кораблей с осадкой ББГН, несмотря на их высокую стоимость, такие корабли, благодаря богатому набору вооружения, прекрасно подходят для борьбы с надводными частями противника и прорыва зон противодоступа A2/AD. Дроны, высокоточные боеприпасы, электромагнитные пушки и лазерное оружие предлагают новые боевые возможности. Броня, с другой стороны, будет ограничена критическими точками юнита, но будет сделана из кевлара.

Крейсер «Москва», флагман Черноморского флота России, в дни (кажущейся) славы.
(Инструктор Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International)

Этот тип обсуждения не является чисто теоретическим. Программа постройки линкора будущего была оглашена Великобританией в 2015 году, хотя и прошла без особого эха. «Дредноут 2050» будет иметь солидную пассивную и активную защиту, а также будет вооружен электромагнитными пушками и лазерами. Корабли также должны получить полуголографические системы управления.

Зимм приводит еще один анекдотический пример об уязвимости современных боевых кораблей. Командуя незарегистрированным подразделением ВМС США, он однажды предложил своему экипажу интеллектуальную игру: как обезвредить корабль с помощью пневматического пистолета и двух ракет. Креативность моряков превзошла самые смелые ожидания командира. Выяснилось, что вывести из боя современную боевую единицу в теории действительно возможно с помощью двух правильно размещенных пневматических винтовочных ракет. Сам Зимм по понятным причинам в подробности вдаваться не стал.

«ленивый» ширина =» 640 «высота =» 448 «класс =» размер-shareaholic-thumbnail wp-image-140836 «alt =» «/>

Датская береговая пусковая установка с ракетами Harpoon Block 1. Система была выведена из эксплуатации в 2003 году.
(Marinens Biblioteks Arkiv)

Противокорабельные ракеты

Но перейдем к главной угрозе для кораблей, ПКР. По словам Карлсона, у московских радаров по-прежнему будут проблемы с обнаружением Нептунов, летящих прямо над поверхностью моря. В какой-то мере это подтверждает правильность принятых на Западе предположений о разработке относительно небольших ракет с до- и околозвуковыми скоростями. Это дает возможность уменьшить размеры и летать на малой высоте, что затрудняет обнаружение угрозы противником. Опыт Фолклендской войны в том числе показал, что противокорабельная ракета тем эффективнее, чем позже она обнаружена.

В Советский Союз, а затем Россия и в некоторой степени Китай и Индия — полная противоположность. Снаряды большего размера могут принимать более тяжелые боеголовки и, таким образом, увеличивать шансы на уничтожение цели одним попаданием. Самая тяжелая из возможных боеголовок также имеет решающее значение при разработке ракеты с расчетом на авианосец. Однако более крупные ракеты легче обнаружить, поэтому им необходимо развивать более высокие скорости, чтобы сократить время реакции на оборону. Отсюда и разработка сверхзвуковых, а затем и гиперзвуковых ракет.

Однако, как показывают опыты Шеффилда и Москвы, масса боеголовки не столь важна. Остаточное топливо в снаряде представляет не менее большую опасность, если не большую, чем заряд взрывчатого вещества. Именно воспламенение и распространение неиспользованного топлива Excocet решило судьбу Шеффилда. То же самое было, скорее, с русским крейсером. Этот эффект усугублялся попаданием одного «Нептуна» в магазин ракет «Оса-МА».

Это приводит Зимма к интересным выводам. В ожидаемых реалиях возможной войны на Тихом океане против Китая большую дальность ракет будет иметь ключевое значение. Кроме того, развитие искусственного интеллекта позволяет создать систему наведения, способную нацеливаться на наиболее чувствительные части корабля. Израильский Sea Breaker, представленный на прошлогодней выставке DSEI, идет по этому пути. Ракета была представлена ​​в июне 2021 года и уже предлагается ВМС США в качестве вооружения для кораблей класса LCS и надводных беспилотников.

Зимм выделяет три ключевые проблемы в разработке противокорабельных ракет: большая дальность, более точные системы наведения и миниатюризация. Последнее должно позволить использовать, например, четырехъярусные ракеты в универсальных пусковых установках и, таким образом, увеличить количество берущихся боеприпасов. Каждое действие вызывает противодействие, поэтому нас ждет ускоренное развитие оборонительных систем, в том числе с использованием элементов искусственного интеллекта.

Смотрите также: Дахау, Африка. Как Франсиско Масиас Нгема превратил всю страну в частный концлагерь

Георгий Чернилевский

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа