Польская партизанская гражданская война

Во время Второй мировой войны во многих местах польских воеводств происходили ожесточенные и жестокие братоубийственные бои. С одной стороны находились части Армии Крайовой и НСЗ, с другой — АЛ и большевистская часть БЧ.

 польская партизанская гражданская война

Gen. Михал Рола-Жимерский со своим штабом из округа во время инспекции среди партизан с юга Люблина, июнь 1944 г.лейтенант Ян Скварк, офицер Войска Польского, погиб от братоубийственной пули 23 декабря 1943 года в возрасте 28 лет» — такая надпись есть на одном из надгробий на кладбище в Янине под Буско-Здруем. В него закралась некая неточность — Ян Скварк, псевдоним. Грей, да, он был подпоручиком в армии 2-й РП, но в партизанской армии дослужился до капитана. Командовал Буским батальоном Национальных вооруженных сил. Этот профессиональный офицер, прошедший сентябрьскую кампанию в рядах 31-го Каневского стрелкового полка, получил предложения вступить в ряды ZWZ/AK. Он решил, что Армия Крайова в этом районе уже достаточно сильна и что его людей лучше использовать для усиления местных структур НСЗ. Это сказалось на немцах, убивших его отца (жандарм прострелил дверь семейного дома Скварка, думая, что за ним стоит командир партизан. Скварк находился в 300 метрах и слышал выстрел). Тем не менее, он также был ужасом для коммунистов Народной гвардии (с 1 января 1944 года как Народная армия, AL) и большевистского отряда Крестьянских батальонов под командованием Юзефа Масланки.

ГЛ и жители Маслянки произошли в основном от потомков крестьян и сельских преступников и с завистью смотрели на несколько более богатых фермеров. Они отняли у них все их имущество и пытали тех, кто пытался сопротивляться. Ломать жертвам пальцы у дверей было одним из их «более щадящих» методов. Народ, терроризированный красно-зелеными бандитами, призвал на помощь отряды Скварка и  Станислав Грабда «Бем» (также партизан Национальных вооруженных сил). Пощады к бандам не было. Бывало, расстреливали целые бандитские семьи, пойманные с поличным. Одна из большевистских частей была развернута в районе села Стара Грабда.

Но люди Маслянки также смогли дать отпор. 23 декабря 1943 года они убили Скварка, выстрелив ему в спину. Одна из пуль прошла сквозь его тело и убила одного из участников засады. Бойцы «Бема» быстро выяснили виновных в убийстве и привели их в исполнение. Столкновения между партизанами не прекращались. 17 июля 1944 г. под Скробачевом 204-й стрелковый полк Национальных вооруженных сил нанес поражение объединенным силам АЛ и БЧ. АЛ отошли с поля боя, потеряв восемь убитых и пленных партизан БЧ, выпороли и отпустили. Поселения продолжались и после войны. В составе них Грабда «Бем» был убит в коммунистической тюрьме в 1953 году. В то время Маслянка, министр государственного управления Временного правительства, депутат в 1944–1952 годах, сделал карьеру в Объединенной народной партии. Таковы были кадры «народной власти».

Бандитский взлом

Красную радикализацию части жителей польской деревни часто объясняют довоенной нищетой. Это, впрочем, всего не объясняет — ведь крестьяне, ограбленные АЛ и коммунизированной частью БЧ, были не очень богаты. Часто они были лишь незначительно богаче своих угнетателей. Красные же воспринимали их как «кулаков» и «кровопийц». Возможно, это было далекое эхо социальных конфликтов былых времен. Ведь так получилось, что на севере Мазовии, в старых хуторских деревнях, партизан из Армии Крайовой и Национальных Вооруженных Сил называли «вашей армией», потому что эти части имели сильную поддержку в старом дворянском захолустье. Ничего, что дворянство работало там физически в земле несколько сотен лет. В глазах «хутора» потомок дворянства был еще и «эксплуататором». Партизаны из АК, НСЗ, БЧ и АЛ имели определенные деревни «под собой», которые были их социальной базой. Они старались защитить их любой ценой, делились с ними добычей, полученной от врагов, а взамен получали лояльность и поддержку местного населения. Было хорошо известно, какие деревни являются «красными», а какие нравятся «реакционным» войскам. «Маленькие Москвы» и «Маленькие лондонцы» часто соседствовали друг с другом. В одном из городков Люблинщины действовало целых три подпольные организации: Армия Крайова имела своих людей в части села, именуемой «двор», NSZ — в части, именуемой «церковь», а оплот AL называли «блатными».

Польская партизанская гражданская война

Похороны Яна Скварка, ps. Грей, командиры части НСЗ. Скварк погиб 23 декабря 1943 г. в засаде, организованной отрядом БЧ под командованием Юзефа Масланки

Grabda.pl

Но почему уголовный элемент так близок к AL? Потому что до того, как коммунисты начали организовывать своих партизан, патриотически настроенные жители села уже были развиты организациями, признающими польское правительство в Лондоне. Советский вариант отговаривал от себя по многим причинам. Обычно это ассоциировалось с предательством. «Каждый поляк — рабочий, крестьянин или интеллигент, — поддающийся коммунистической пропаганде, хоть в малейшей степени сотрудничающий с Советами, становится сегодня предателем, как и фольксдойч», — писал в «Информационном бюллетене», органе Армии Крайовой, в выпуске от 23 сентября 1943 г. Красные «прокачивали» свои войска, принимая в кого попало: рядом с еврейскими беглецами из гетто в них служили дезертиры из восточных дивизий, служившие Третьему рейху ( одна из дивизий АЛ упоминается в документах этой организации как «Бывшая треблинская бригада», поскольку в ее состав входили… бывшие украинские эсэсовцы, ранее служившие в этом лагере). С распростертыми объятиями встречали и сельских бандитов, вооруженных пулеметами советских десантников. Это имело тяжелые последствия даже для самих коммунистов, поскольку созданные таким образом войска отличались крайней непокорностью и малой боевой ценностью. В одном из документов АЛ говорится, что один из командиров такой части, Казимеж Пиотровский «Казик», «пил и грабил хоромы и не хотел бить немцев, и усвоил все действия, обманул партию и использовал ее для вооружения «(орфография оригинальная). «Казик» не стал исключением, такое поведение случалось часто.

«Группа полугражданских, полусолдат, командир с автоматом в руке, несколько с винтовками. Представьтесь: отряд народной гвардии капитана Кубы. Командир говорит: вы, капиталисты, помещики, прихвостни Сикорского, дайте денег на нашу борьбу с врагом. Начался грабеж. Приказывают дамам снять кольца, раздают всем деньги, а сами вносят вклад в хозяева. Они носят снятые в зале пальто», — говорится в одном из репортажей о деятельности коммунистического отделения «Кубы» в окрестностях Сохачева.

«В этом было что-то совершенно идиотское. Все они, за исключением разве что командира, были обычными головорезами. Они сбежали из лагеря, сформировали отряд и занялись грабежом. .

Бандитам было выгодно и то, что АЛ убивала «синих» полицейских, многие из которых сотрудничали с Польским подпольным государством. Кроме того, относительно безобидными диверсионными действиями коммунисты провоцировали немцев на кровавые репрессии против польских деревень. Это заставляло простых людей действовать отчаянно. «Население, терроризированное операцией по умиротворению, сотрудничает с немцами, в настоящее время сообщая обо всех передвижениях бандитов [и], по мере возможности, помогая их захвату», — говорится в сообщении контрразведки АК из Люблина.

Польское подпольное государство не могло отдать территорию бандитам. Главнокомандующий Армией Крайовой генерал Тадеуш Коморовский «Бор» издал специальный приказ от 15 сентября 1943 г., санкционировавший уничтожение преступных формирований. «Рекомендую Ком[эндантс] Подокр[энгув] и Ком[ендантс] Обв[одув] выступать там, где это необходимо, против грабежей или подрывных бандитов. Каждое выступление должно быть решительным и должно быть направлено на прекращение беззакония, действовать следует только против особо неприятных групп, для местного населения и для С[ил]З[вооруженных] в стране, особенно против тех, кто убивает, насилует или они грабят. Действовать следует в направлении ликвидации главарей и агитаторов в бандах, а не пытаться ликвидировать всю банду», — говорилось в его приказе. Некоторые из командиров уже приступили к уничтожению бандитизированных частей GL/AL без каких-либо приказов.

Borów i & nbsp; Rząbiec

Капитан Леонард Зуб-Зданович Цихотемный, перешедший из Армии Крайовой в НСЗ, был особенно уязвим для порабощенных бандитов. 9 августа 1943 года его отряд из примерно 30 солдат столкнулся с группой GL, которой командовал довоенный бандит Стефан Скшипек «Словик», в которую также входили грабежи Антони Паления «Ястшемби» и Юзефа Лиска. Зуб-Зданович, бывший жандарм, известный своим острым подходом к непокорным солдатам (во время службы в 1-й отдельной Подгальской стрелковой бригаде он выстрелил в щеку солдату, демонстративно проявлявшему к нему пренебрежение), испытал культурный шок, увидев оборванную и партизаны-коммунисты ведут себя катастрофически. Они агитировали его людей за коммунизм, а когда встретили резкий ответ, пригрозили убить всех партизан из отряда Зуба-Здановича. Командир части НСЗ приказал быстро атаковать лагерь бойцов АЛ. 29 членов отряда «Словик» были взяты в плен, расстреляны, двое помилованы, один бежал. «Доказательством того, насколько полезной была акция, являются многочисленные благодарности местного сельского населения», — писал Зуб-Зданович позже в отчете. Он упомянул, что благодаря этому население вернуло себе много украденных вещей. В ноябре 1943 года отряд Зуб-Здановича окружил в бункерах возле Красника группу Г.Л. Анатолия Кошелева «Лонка», который ранее убил семью лесника Ковальчика. На этот раз помилования не было — все коммунисты были убиты.

Самое известное столкновение между NSZ и AL произошло недалеко от Жомбека, во Влощовском повяте, в Кельцком районе. Утром 8 сентября 1944 года в коммунистическую засаду попал патруль Свентокшиской бригады НСЗ. Плененных партизан готовили к расстрелу, заставляя копать себе могилы. Коммунисты из войск А.Л. Тадеуша Грохала «Тадека Белого» и советский капитан Иван Караваев не осознавали, что основные силы Свентокшиской бригады и ее командование находились поблизости. Кучеру, которого ранее перевозил патруль НСЗ, удалось скрыться от коммунистов и сообщить командованию бригады о том, что произошло в районе Жомбека. В бригаде объявлена ​​боевая тревога. «План действий был прост: окружить и атаковать», — вспоминал полковник Антоний Шацкий «Богун», командир Свентокшиской бригады. Силы 202 и 204 были использованы для атаки. Полк Национальных Вооруженных Сил. Коммунисты были застигнуты врасплох и быстро разбиты. Они потеряли 34 убитыми и около 30 ранеными, а бригада — 1 убитым и 1 раненым. Вечером произошел бунт советских военнопленных (многие из которых ранее служили в коллаборационно-вспомогательных частях, служивших немцам и усмирявших польские деревни). В ходе него было убито 67 советских солдат, 4 солдата Национальных вооруженных сил получили ранения, в том числе двое смертельно. Несколько пленных солдат AL присоединились к NSZ. Среди вещей, добытых в коммунистическом лагере, были документы, содержащие, в том числе, списки солдат Армии Крайовой, подлежащих «ликвидации», и приказы преследовать жителей Варшавы, переселенных в Свентокшиское воеводство после восстания.

Польская партизанская гражданская война

Партизаны Национальных вооруженных сил из отряда лейтенанта Станислава Грабды «Бема»

Grabda.pl

Иногда пленных бандитов GL/AL привлекали к суду. Такой случай описан, в частности, Владислав Колачиньский «Жбик», командир отделения НСЗ, действовавшего в районе Кельце. «Перед тобой бандиты, но люди. Они стоят в сознании своей смерти и в ужасе. (…) Глубоко потрясенный видом скулящих, уже пожелтевших человеческих полугрупп, я не мог заставить себя сказать последнее слово — смерть. Поэтому я вызываю суд. (…) Перед ними я прочитал протокол, в котором перечислялись все нападения, совершенные обвиняемыми. Старший — среднего возраста. У него четверо маленьких детей. Невзгоды. Темнота и головокружение. Так? (…) Все страницы были зачернены тремя буквами: ДА. Приговор был приведен в исполнение на следующую ночь в лесу», — написал «Жбик».

Puziowe Poły i & nbsp; Овчарня

11 апреля 1944 г. Владислав Скшипек «Грабовский», один из командиров АЛ в районе Люблина, во время нападения на дом семьи Кобыларж, связанной с НСЗ в селе Поток Станы, был смертельно ранен 16-м годовалый Войцех Кобылярж. Мечислав Мочар, командующий Люблинским округом АЛ, отдал приказ: «За преступления, совершенные фашистскими головорезами в селе Поток, руководство АЛ принять самые строгие меры наказания в виде смертной казни для всех виновных в это преступление, как прямое, так и косвенное». Несколько частей АЛ атаковали деревни: Поток Стан, Колония Поток Стан и Домбровка. На месте они расстреляли двух человек и одного зарубили топором. Они похитили 11 человек, в том числе Александра Маркевича, священника Национальной католической церкви. В ущелье Пузиове Долы священник был сожжен заживо, а Люциан Дума, до войны солдат президентской гвардии в Королевском замке, был растерзан лошадьми. Остальные жертвы были убиты стрелами в затылок. В расправе принял участие отряд Болеслава Казмирака «Тень».

5 мая 1944 года люди «Тени» совершили очередное преступление. Они атаковали ожидавшую высадки 3-ю роту 15-го пехотного полка Армии Крайовой лейтенанта Мечислава Зелинского «Криста». Через некоторое время боев огонь был остановлен, и «Цень» отправился к командующему Армией Крайовой, чтобы объяснить «ошибку». Партизаны из АК и АЛ выстроились друг против друга в шеренги и начали выкрикивать дружные крики. Они знали друг друга раньше и работали вместе. «Цень» внезапно выстрелил в «Криста», после чего коммунисты возобновили огонь, убив 17 солдат Армии Крайовой. Их тела, ограбленные и содранные с одежды, были брошены в яму, в которую также столкнули труп мертвой собаки. Преступление в Овчарне привлекло большое внимание в этом районе. Иероним Декутовский «Запора», офицер Кедива Армии Крайовой, объединил свои силы с Зуб-Здановичем в рейде на Ценёвцов. Некоторые командиры из БЧ также выступали за ликвидацию подразделения «Тень». «Тень» понесла большие потери — более десятка убитыми — во время перестрелки на «Божьей воле» в ночь с 12 на 13 мая 1944 года. «Тень», однако, сумела уйти от розыска и сохранила способность наносить новые удары. 2 июля под Стефановкой вместе с отрядом Юзефа Пацыны «Божество», выдававшим себя за БЧ, ему удалось в перестрелке убить 11 солдат Армии Крайовой. К сожалению, полковник Казимеж Тумидайский «Эдвард», командующий Люблинским округом Армии Крайовой, предотвратил уничтожение отряда «Тень». Он приказал своим подчиненным подразделениям приостановить операции против АЛ. Он явно не хотел раздражать Советы перед операцией «Буря» (после операции «Буря» его отправили в советский трудовой лагерь, где он умер во время голодовки).

-лмРАСНуЗеЙ»>В 1945 году «Цень» был принят в Польскую Народную Армию, но ему пришлось сменить фамилию на «Ковальски», потому что он был слишком плохой репутацией с партизанских времен. Он командовал усмирением деревень в окрестностях Хрубешува. Он также застрелил двух пьяных функционеров UB, а его люди штурмовали штаб-квартиру UB в Прушкове. Его не наказали за это, а отправили в офицерскую школу, а позже назначили командиром полка Корпуса внутренней безопасности в Кракове. В 1951 году был арестован в связи с преступлениями против евреев, совершенными АЛ в Люблинском крае. Однако в 1956 году он был освобожден, а затем вернулся в армию как «жертва сталинских репрессий».

Извилины памяти

Память о боях между партизанскими отрядами долгое время сдерживалась коммунистической цензурой. Бывшие сотрудники AL заработали общие звезды и работу в министерствах. Разукрашенные, они рассказывали невероятные истории о том, как сражались с немецкими танками и авиацией. Члены БЧ-коммунисты делали карьеру в ЗСЛ, а патриотически настроенные преследовались со стороны УБ, как и бывшие солдаты Армии Крайовой и НСЗ. Коммунисты писали историю и на страницах их книг бандитские отряды, безжалостно грабящие крестьян, превращались в «друзей народа» и «борцов за социальное освобождение».

Официальная версия, санкционированная коммунистами, гласила, что в этой «гражданской войне» только «реакционеры» были нападающими, а войска АЛ только оборонялись. О битве при Жомбеце — блестящей польской победе над Советами — написано только, что это было убийство, совершенное над «польскими патриотами» совместно НСЗ и немцами. В селе Жомбец в 1952 году установлен памятник с надписью: «В этих лесах 8 сентября 1944 года части Народной Армии и советских партизан были обмануто атакованы немецко-фашистскими захватчиками НСЗ «Богун». Честь и слава 74 героям, погибшим в борьбе за национальное и социальное освобождение польского народа в 10 г. годовщина основания Польской рабочей партии». Уже в Третьей Польской республике кто-то украсил этот памятник крестами. Судя по всему, семьи погибших в то время партизан АЛ чувствовали себя католиками. Дважды памятник подвергался опустошению. В марте 2018 года его надпись была изменена на более нейтральную: «Память не умирает. Ненависть убила их. В память о 74 партизанах-пленных, расстрелянных 8 сентября 1944 года. Мир им на душе. Несколько месяцев спустя поминки в Жомбеце были демонтированы в соответствии с законом о декоммунизации.

жертвам AL, убитым в Puziowe Pits, до сих пор не установлен памятник. Семьи участников облавы на их села не хотят раскрывать место захоронения тел. Очевидно, они чувствуют себя связанными омертой. Надгробие Яна Скварка в Янине было опустошено. Спустя более 76 лет после окончания Второй мировой войны события, происходившие в польских губерниях, до сих пор вызывают большие эмоции.

Удивляет, однако, извилистость памяти в глубинных провинциях, так как даже у «светлой» Варшавы проблемы с правильное восприятие истории. Одна из коммуникационных артерий в центре столицы до сих пор называется «Аллея Армии Людовей». Попытки изменить ее на «Алея Леха Качиньского» были торпедированы судами, но можно прийти к компромиссному предложению: переименовать эту улицу в «Алея Офиар Армии Людовей».

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Польская партизанская гражданская война
Президент Пис: Никто не будет сидеть в холодной квартире, потому что не хватает угля