Посол Германии в Польше: не понимаю логики действий властей в Варшаве

В сообществе ПиС уже давно существует очень четкая тенденция публично нападать на Германию, чтобы завоевать расположение правого электората за счет хороших польско-немецких отношений, говорит Арндт Фрейтаг фон Лорингховен, посол Германии, в интервью Rzeczpospolita.

 Посол Германии в Польше: Я не понимаю логики властей в Варшаве

Ваше назначение послом Германии в Варшаве вызвало много споров из-за фигуры вашего отца, находившегося в бункере с Гитлером в последние дни жизни фюрера. Тогда в интервью для Rzeczpospolita вы объяснили, однако, что ваш отец был патриотом, которому продиктовано такое отношение к родине. После двух лет в нашей стране вы изменили свое мнение на этот счет?

Я не изменил своего мнения, так как до приезда в Польшу вникал в историю германо-польских отношений и осознавал масштаб немецкой вины. Так что мне не нужен был сигнал. В подростковом возрасте я также много раз говорил об этом с отцом. Я пытался понять, чем он и его коллеги занимались, каковы были их мотивы. Поэтому, прежде чем приехать в Польшу, я глубоко обдумал эти вопросы. Однако меня удивила вездесущность истории в Польше. До этого в качестве дипломата я работал еще в трех соседних с Германией странах: Франции, Бельгии и Чехии. Но нигде я не встречал подобной вездесущности истории. В Германии существует сформированное осознание преступлений, совершенных Третьим рейхом. Это особенно верно в отношении Холокоста и особенно Освенцима. С другой стороны, такие места, как Пальмиры, Михнев или варшавский район Воля, не присутствуют в нашем сознании так, как должны были бы. Посещение этих мест было для меня очень трогательным опытом.

—M_Z8T301E «> Вы уезжаете из Польши с убеждением, что Германия полностью покончила с прошлым?

Здесь надо отделить юридические аспект, репарации — там, где с точки зрения Германии дело закрыто, с морального измерения, где всегда будет присутствовать баланс трагической истории и бремя немецкой вины.

Третий рейх хотел ликвидировать польскую нацию. Сегодня Путин отбирает у Украины право на существование. Разве это не обязывает Германию заниматься нынешней войной?

Конечно так. Германия вторглась в Польшу, Украину, Россию и Белоруссию. Так что на нас лежит особая ответственность перед — как это назвал Тимоти Снайдер в своей знаменитой книге «Кровавые земли». Германия уже давно должна обратить свое внимание на страны, расположенные между Германией и Россией. Это постепенный процесс, но он существенно изменит наше представление о мире.

Многомесячный отказ польских властей дать разрешение на проведение вашей миссии в Варшаве был существенным фактором в отставке тогдашнего главы польской дипломатии Яцека Чапутовича. Вы не думали тогда отказаться от поездки в Польшу?

Нет. Конечно, я был удивлен тем, что со мной произошло, но я нашел это вызовом, который необходимо принять, потому что он исключительно ясно показывает, насколько важно транслировать позицию Германии за границей. Этот выпуск сделал меня очень узнаваемым, и это, как ни парадоксально, дало мне больше возможностей действовать. Конечно, я старался не принимать это на свой счет, что было непросто, ведь речь шла о моем отце.

Вы представляли вторую по важности страну для Польши после Америки. И это было во время войны на Украине. Вы пытались встретиться с Ярославом Качиньским?

Я не предпринимал таких попыток, потому что после задержки предоставления мне agrément, я предполагал, что это не будет успешным. С Качиньским я столкнулся лишь однажды во время встречи клуба польскоязычных послов.

Если бы вы могли встретиться с Качиньским в четыре глаза, что бы вы ему сказали?

Я бы объяснил ему, почему я чрезвычайно привержен немецко-польскому примирению и сотрудничеству, особенно сейчас, во время войны. Я бы попытался убедить его, что сегодня, перед лицом кровавой агрессии России, мы должны сосредоточиться на том, что сейчас важнее всего: построении сильного сплоченного Запада, сильной Европы. Сильный Запад невозможен без тесного сотрудничества Польши и Германии.

Ваши отношения с политиками ПиС все время оставались холодными?

У меня было много хороших контактов в среде ПиС, а также в правительстве. Однако с началом войны отношения снова обострились. Боюсь, что по мере того, как страна вступает в предвыборную кампанию, может быть все хуже. В сообществе ПиС уже давно существует очень четкая тенденция публично нападать на Германию, чтобы завоевать расположение правого электората за счет хороших польско-германских отношений. Я спрашиваю себя, каковы намерения нынешних властей в Варшаве? Они хотят, чтобы Германия была сильным союзником Польши, или мы нужны им в качестве козла отпущения за то, что они разыгрывают свои внутренние проблемы? Это вызывает особую тревогу в наши дни, когда Россия пытается использовать в своих интересах все разногласия, возникающие на Западе. Поэтому я не могу понять логику этого. Во-вторых, я не понимаю, почему польские власти до сих пор считают, что общественное давление на Германию эффективно, чтобы убедить нас пойти на уступки, например, по санкциям против России или по изучению языков для меньшинств. Такие вопросы следует обсуждать в уединении офиса. Если они будут раскрыты, то заставить Германию, как и любого другого партнера, проявить гибкость гораздо труднее. Это просто контрпродуктивно.

Это может поставить под сомнение польско-германское примирение?

< p class = "статья articleBodyBlock - абзац" id = "block-id-IN6_WIyxXy">Я так не думаю, потому что это процесс, глубоко укоренившийся в обществах обеих наших стран. Но надо также признать, что ПиС больше не говорит о примирении в   На первый план выдвигаются только вопросы вины и возмещения ущерба. Нападки на Германию асимметричны: я не припомню ни одного случая во время моей миссии здесь, чтобы немецкие власти подобным образом публично приставили бы к позорному столбу Польшу. Мы хотим разрешать разногласия по существу, а не разжигать друг другу настроение. Отрадно, что оба президента хорошо понимают друг друга и что граждане наших стран относятся друг к другу с симпатией. Я сам установил много положительных контактов в Польше.

Вы бы предпочли, чтобы PiS потерял власть через несколько месяцев?

(смеется) Как и другие послы, я не комментирую публично политическую ситуацию в стране пребывания.

Значит, угрозы демократии в нашей стране нет?

Квоты сил союзников на восточном фланге, изложенные в акте Россия-НАТО, больше не применяются

Arndt Freytag von Лорингховен

Нас давно беспокоит состояние законности в Польше, и мы выражали это неоднократно. Но это не двусторонний вопрос, а проблема между Польшей и европейскими институтами. Германия не может играть здесь роль судьи.

Немцы не возражали, однако, поддерживать тесные отношения с авторитарным режимом Путина?

< p class = "статья articleBodyBlock - параграф" id = "block-id-Z9A4ACx6Lh">Но это совсем другой тип отношений. Польша — друг, Россия — угроза. Но даже с такими странами, как Китай и Северная Корея, которые не имеют ничего общего с демократией, необходимо поддерживать контакты по таким вопросам, как изменение климата и предотвращение распространения ядерного оружия.

Ошибкой была политика повышения зависимости Германии от российских энергоносителей?

Безусловно. Президент Штайнмайер признал это. Власти Германии не смогли должным образом оценить намерения Путина. Нам следовало больше прислушиваться к нашим соседям в Центральной и Восточной Европе. Хотя я бы не сказал, что наша политика изначально была неправильной. Когда будущее России только складывалось после распада СССР, и еще не было известно, что она вступит на фашистско-империалистический путь, попытки включения России имели смысл, равно как и предложения о сотрудничестве. Лично я почувствовал, что переломный момент наступил после аннексии Крыма в 2014 году. Но сегодня я думаю, что было слишком поздно. Поворотным моментом должно стать вторжение в Грузию в 2008 году.

Почему Ангела Меркель не приносит извинений за эту политику?

Все мы в Германии должны критически взглянуть на прошлое, подумать, когда и где мы допустили ошибки. «Северный поток — 2» и отношение к Путину были большими ошибками. Но не только в Германии есть повод для самоанализа. Когда в декабре в Варшаве друзья Путина, такие как Орбан, Сальвини и Марин Ле Пен, которые заявили «Речи Посполитой», что Украина принадлежит российской сфере влияния, косвенно не поддержали интересы Путина? И не подрывает ли ослабление законности в Польше единство Запада, которое сегодня так остро необходимо?Здесь нет черно-белой ситуации: вы были правы во всем, а мы ошибались.

Вы были главой разведки Германии и НАТО. Как это возможно, что планы Путина не предвидятся?

Первую должность я занимал во время российской агрессии против Грузии, а вторую – в 2016–2019 г. Мы многое знали о деятельности Кремля в то время и внимательно следили за масштабами модернизации вооруженных сил. Мы предостерегли от растущей угрозы. 15 лет назад мы расшифровали коррупционные связи с системой, созданной Путиным. Но не все восприняли это всерьез. В конце прошлого года США и Великобритания предупредили о массированном вторжении России в Украину, но остальная Европа в то время этого не ожидала.

Канцлер Меркель уже много лет располагала информацией о намерениях Путина, но не реагировала на них?

Месяц назад канцлер заявила, что давно знала, что Путин хочет разрушить Союз. Она располагала информацией, содержащейся в протоколах допросов, и сделала из них собственные выводы. Роль интервью заключается не в том, чтобы дать рекомендации, а в том, чтобы подготовить анализы. Например, мы указывали, что Путин использует энергию как политическое оружие, хотя на том этапе он никогда этого не делал против Германии. Немецкие политики пришли к выводу, что для Германии безопасно увеличивать импорт газа из России. Как вы видите сегодня, это был неверный вывод.

Nord Stream 2 мертв навсегда или еще жив?

Он умер. Потому что даже, что крайне маловероятно, если Россия превратится в демократию, Германия сейчас сведет к нулю импорт энергоносителей из России. В случае с нефтью это происходит очень быстро, и этот процесс завершится в этом году. Что касается газа, то это займет около двух лет. О нашей решимости свидетельствует тот факт, что министр экономики, исходящий от зеленых, сейчас сосредоточился на временном расконсервировании угольных электростанций, потому что сегодня для Германии безопасность является даже большим приоритетом, чем изменение климата. 

Однако президент Штайнмайер был ближайшим соратником канцлера Шредера в продвижении стратегии углубления зависимости от России. Не должна ли такая серьезная ошибка привести к его увольнению? Достаточно ли просто признать ошибку?

Но заявление Штайнмайера было чрезвычайно смелым. Сколько глав государств признали свою ошибку? Штайнмайер проводил эту политику не один. Политическое и экономическое сотрудничество с Москвой для поддержания мира было основным направлением мышления немцев с моего детства. Только сегодня мы наблюдаем поворот этой политики на 180 градусов.

В эти дни решается судьба Донбасса, а вскоре и Украина может быть отрезана от моря. И все же Германия поставляет ей неизмеримо меньше оружия, чем Америка, Великобритания или Польша. Почему?

Есть по крайней мере две причины для нашего отношения. За годы жесткой экономии, из-за которой сегодня склады бундесвера пустуют, мстит. Канцлер Шольц хочет это изменить, выделил на это 100 миллиардов евро. Но это долгий процесс. И есть политический аспект. Для Польши военная поддержка Украины — дело естественное. В нашей стране СДПГ и Зеленые в сентябре исключили экспорт оружия в зоны боевых действий. Сегодня это, конечно, убрали, но этот сдвиг в мышлении в обществе требует времени.

Die Welt писала, что во время недавнего визита в Киев канцлер Шольц убеждал президента Зеленского к миру за счет территориальных уступок России. Это правда?

Нет.

Как бы выглядела комната в Германии?

Его форма полностью зависит от украинских властей. У Германии нет мандата действовать в этом вопросе без Украины.

Почему канцлер Шольц звонит Путину?

Наличие диалога в принципе имеет смысл. Хотя бы потому, что Путин действует в очень узком кругу советников и не имеет доступа к информации о реальном состоянии войны.

Его ему дает канцлер?

Я не знаю, что именно он говорит, но это определенно дает ему возможность.

Саммит Атлантического альянса вот-вот состоится в Мадриде. Германия по-прежнему считает себя связанной положениями Основополагающего акта Россия-НАТО о сокращении сил союзников на восточном фланге?

В этом документе говорится, что эти ограничения применяются к тогдашним условиям ситуации с безопасностью. А они, конечно, радикально изменились, и сегодня эти ограничения больше не действуют. Конкретные выводы из этого первым сделал канцлер Шольц, указав Литве, что батальон НАТО под немецким командованием должен быть укрупнен до бригадных структур.

Бундесвер также может быть дислоцирован в Польше?

Если бы Польша запросила это, мы, вероятно, отнеслись бы к этому благосклонно. Однако в настоящее время Польша, по-видимому, сосредоточена главным образом на двустороннем соглашении с США. И здесь общественный вопрос: вооружается ли Германия против России или Польши?

В недавнем интервью Rzeczpospolita заместитель главы МИД Шимон Шинковский вель Сенк указал, что если бы канцлер Меркель и президент Саркози не заблокировали план вступления Украины в НАТО в 2008 году, все сложилось бы иначе. & Nbsp;

Очень сложно сказать. А может, Россия сочла бы это провокацией и начала вторжение гораздо раньше? Тогда НАТО выбрало путь посередине, не говоря ни да, ни нет Украине.

Будет ли Украина через десять лет в ЕС?

Урсула фон дер Ляйен справедливо указывает, что это зависит в первую очередь от страны, которая пытается его получить. Словакии удалось добиться этого только через пять лет после получения статуса кандидата, а Турции спустя 23 года до этого еще далеко.

Польские поставщики извлекли большую выгоду из расширения экспорта Германии, частично подпитываемого дешевой российской энергией, а также за счет завоевания Китая. рынок . Все кончено. Что дальше для польско-германского экономического сотрудничества?

Сокращение цепочек поставок создает новые возможности для немецких инвестиций в Польше, но пока сомнения в законности не углубляются. Немецкий бизнес до сих пор просит нас об этом.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Посол Германии в Польше: не понимаю логики действий властей в Варшаве
Ковальчик: Мы не будем выходить из «польской сделки»