Разделят ли охотничьи фрегаты судьбу Barracud?

Австралийские программы вооружений, как правило, сложны. Недавно об этом узнали французы с подводными лодками типа «Барракуда». Сейчас объектом нарастающей критики со стороны медиаэкспертов является еще один флагманский проект модернизации ВМС Австралии — британские фрегаты 26 Global Combat Ship, в антиподах окрещенные как тип Hunter. Многие комментаторы требуют аннулирования всего предприятия.

Все началось 1 февраля с публикации The Australian daily. До газеты дошел сводный отчет, написанный в ноябре 2021 года группой инженеров, работавших над проектом фрегата. Представленные выводы являются ошеломляющими. Стоимость проекта выросла с 35 миллиардов австралийских долларов до 45 миллиардов австралийских долларов. При этом корабли набирали вес. Первоначально полное водоизмещение оценивалось в 8 000 т, примерно как у британского предшественника, но после учета всех требований РАН это значение увеличилось до 10 000 т.

—REKLAMA–

Это имеет далеко идущие последствия. При сохранении привода CODLOG, состоящего из газовой турбины Rolls-Royce MT30, четырех дизель-генераторов MTU Type 20V 4000 M53B и двух электродвигателей, достичь предполагаемой максимальной скорости в 27 узлов не удастся. По словам Пола Гринфилда и Джона Стэнфорда, при увеличении водоизмещения на 25% даже для поддержания экономической скорости необходимо будет постоянно использовать турбину. Значит надо перепроектировать всю силовую установку, использовать две турбины и более мощные генераторы. Падение скорости также ставит под сомнение способность Охотников выполнять боевые задачи.

Утверждение важно из-за лиц, сообщающих. Гринфилд — бывший главный инженер ВМФ, участвовавший в проектировании эсминцев класса «Хобарт». Стэнфорд, с другой стороны, много лет работал в сфере государственного управления, а теперь работает в аналитическом центре Submarines for Australia. Оба они отмечают, что резерв рабочего объема для будущих модификаций сократился до 3% в текущей конфигурации. Ввиду стремительного технического прогресса это делает практически невозможной модернизацию кораблей со сроком службы не менее тридцати лет.

Увеличение водоизмещения никак не отразилось на огневой мощи фрегатов. Хуже того, она меньше британских подразделений. Основное вооружение типа «Хантер» должно состоять из двух счетверенных пусковых установок противокорабельных ракет и одного комплекта из 32 вертикальных пусковых установок Mk 41 для ракет SM2 и ESSM. Для сравнения: Type 26 должен получить два двадцатичетырехкамерных блока для зенитных ракет Sea Ceptor и один двадцатичетырехкамерный комплект вертикальных пусковых установок Mk 41 для других ракет. Такой же набор канадцы выбрали в своем варианте Тип 26, добавив две счетверенных ПУ НСМ.

Поэтому тип Хантер трагически недовооружен по сравнению со спаренными проектами, а с учетом кораблей других стран, дело выглядит еще хуже. Американские эсминцы типа Arleigh Burke при полном водоизмещении около 9000 т в зависимости от модификации были оснащены 90-96 Mk 41. Китайские эсминцы типа 052D при полном водоизмещении 7500 т имеют 64 вертикальные пусковые установки для противотанковой обороны. — авиационные ракеты, противокорабельные ракеты и ракето-торпеды. Даже на фоне зенитных эсминцев Hobart, три из которых поступили на вооружение в 2017–2020 годах, конструкция фрегата выглядит убого. При полном водоизмещении 7000 тонн Хобарти получил сорок восемь Mk 41.

К этому добавляется высокая стоимость вертикальных пусковых установок на «Охотниках». Гринфилд и Стэнфорд ссылаются на оценку США, согласно которой одна камера обойдется австралийскому налогоплательщику в целых 119 миллионов долларов по сравнению с 22 миллионами долларов на последних эсминцах Arleigh Burke Flight III. Интересно, что одно из лучших соотношений цена/эффект у ПУ Mk 41 приходится на южнокорейские эсминцы Sejongdaewang-Ham (KDX-III).

На этом обвинения в адрес фрегатов не заканчиваются. По мнению Гринфилда и Стэнфорда, сама концепция преемников подразделений АНЗАК неуместна. Программа модернизации военно-морского флота Sea 5000 неверно оценила угрозы и вызовы, стоящие перед Австралией. Хотя основной вероятный противник, т.е. Китай, интенсивно расширяет подводный флот, решение о выборе британского проекта фрегатов ЗОП не учитывало различий в концепциях ведения подводной войны в Атлантике и Тихом океане.

Тип 26 разрабатывался для действий в Атлантическом океане, где надводные части играют важную роль в противодействии подводным лодкам и защите от них авианосными группами, конвоями и носителями баллистических ракет. Следовательно, британские фрегаты являются привлекательным вариантом для Канады. На Тихом же океане задачи ЗОП возлагаются прежде всего на авиацию и подводные лодки.

Еще дальше в своей критике идет вице-адмирал в отставке, бывший командующий РАН Дэвид Шеклтон. По его мнению, программу следует свернуть и вместо «Охотников» найти многоцелевые корабли, которые также были бы способны выполнять функции центров управления морскими и беспилотными летательными аппаратами. Для Шекельтона лучший вариант — заказать эсминцы Arleigh Burke Flight III и заняться проектом эсминца следующего поколения DDG(X) для ВМС США. Если переговоры с Вашингтоном не увенчаются успехом, план Шекельтона Б состоит в том, чтобы построить еще три или четыре Хобарта.

Гринфилд и Стэнфорд не столь радикальны. Они видят преимущества «Хантеров» в виде, например, развитой электроники, но оговариваются, что масштабы необходимой переделки британских фрегатов могут сделать проект убыточным. При действительной необходимости отказа от кораблей рекомендуют максимально использовать материалы, накопленные для их постройки, в новых агрегатах, какого бы проекта они ни были. Самым большим преимуществом здесь является полностью цифровая РЛС с активным фазовым сканированием CEAFAR2, использующая в основном отечественные решения. Шеклтон также указывает на CEAFAR2 как на преимущество в любых дискуссиях с американцами об участии в программе DDG(X).

Все три процитированных автора недоумевают, почему вообще было выбрано британское предложение. Проект Type 26 был в 2018 году, когда в Канберре было принято решение о заказе девяти единиц, еще не завершенных. Более того, у BAE Systems нет опыта интеграции американских электронных систем с британскими кораблями.

Конкурентоспособный FREMM, предлагаемый Fincantieri, уже был серийно построен и испытан на вооружении. Кроме того, итальянский проект со временем стал основой для фрегатов типа Constellation для ВМС США. Оглядываясь назад, FREMM кажется хорошим вариантом из-за возможности сотрудничества с США в развитии проекта и разделения затрат на интеграцию американских систем, а в дальнейшем облегчит эксплуатацию и интеграцию ВМС Австралии с ВМС США.

Тендер на фрегат нового поколения американцы, правда, урегулировали через два года после австралийцев, а в период до АУКУС военное сотрудничество Вашингтона и Канберры не было столь масштабным . Шансы на успех такого проекта – отдельный вопрос. Австралийские эксперты сходятся во мнении, что лучшим предложением была испанская Navantia, фрегат F-5000. В основе проекта лежал проект фрегата Álvaro de Bazán F100, который также был основан на проекте Hobarts. В результате F-5000 был на 70% интегрирован с эсминцами этого типа. Это позволило бы значительно сократить расходы, правильная логистическая инфраструктура уже создана, а верфи знакомы с проектом.

Австралия — не единственная страна, борющаяся с проблемами с фрегатами типа 26. Также Канадская версия прибавила в весе до 9400 тонн, а стоимость строительства пятнадцати единиц увеличилась с 70 миллиардов долларов до 77 миллиардов долларов.

См. также: Израиль и Южная Корея. будут совместно интегрировать боевые вертолеты с беспилотниками

пресс-материалы от BAE Systems

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Разделят ли охотничьи фрегаты судьбу Barracud?
Криптовалюта из плохой постели. Почему стейблкоин Facebook потерпел неудачу?