Роберт Курашкевич, Мацей Станьчук: 7 способов преодолеть энергетический кризис

Проблемы польского энергетического сектора требуют реализации антикризисного управления, а также правильного подхода к долгосрочной стратегии, которая должна быть основана на декарбонизации и развитии ВИЭ.

< source media =" (мин. ширина: 705px) "srcset =" https://i.gremicdn.pl/image/free/d565d4e7ce794e8d2c96aaa12943e193/?t=crop:1920:1190:new:0:89.302325581395,resize:fill: 624:390,увеличение:1 1x, https: //i.gremicdn.pl/image/free/d565d4e7ce794e8d2c96aaa12943e193/?t = кадрирование: 1920:1190: новое: 0:89.302325581395, изменение размера: заливка: 1248:780, увеличение: 1 2x ">

Роберт Курашкевич, Мацей Станьчук: 7 способов преодолеть энергетический кризис

< p class = "статья articleBodyBlock - абзац" id = "block-id-VlBGysN7dq">Энергетическая безопасность является важнейшей задачей после обеспечения базовой национальной безопасности, а в настоящее время даже является ее частью. Вот почему это так важно для будущего польской экономики и общества. И это тем более важно, поскольку мир стоит на пороге цифровой и энергетической революции, которая радикально повысит важность электроснабжения.

Вызовы эпохи электричества

21 век будет веком электричества и преобразования энергии. Обеспечение безопасной, стабильной и относительно дешевой энергией является не только вопросом государственной важности, но и закладкой основ для развития польской экономики и польского общества. Кризис, вызванный российской агрессией, только усугубил проблемы, стоящие перед польским и европейским энергетическим сектором.

Крупнейшая страна ЕС — Германия — несомненно, совершила дорогостоящую ошибку в своей политике, выбрав российский газ в качестве переходного топлива в процессе преобразования энергии. Однако мы должны понимать, что и у нас есть проблема: польская энергетическая система находится в критическом состоянии из-за многолетней запущенности и стратегических ошибок, и выход из энергетического кризиса для нас будет намного сложнее и тяжелее, чем для Германии.

Мы будем жить с риском отключения электроэнергии, по крайней мере, в течение следующих нескольких лет, и нет никакой безопасной погрешности. Кроме того, горизонт инвестирования в эту отрасль составляет годы, а в случае с атомной энергетикой – десятилетия. Сегодня мы переживаем последствия решений, принятых (или не принятых) 5-7 лет назад. Результаты решений, принятых присутствующими, мы увидим через несколько лет.

До 2014 года Польша была нетто-экспортером электроэнергии. Это произошло из-за избыточных мощностей, которые у нас были в системе благодаря инвестициям Герека и реструктуризации польской промышленности после 1989 года, что снизило потребности польской экономики в энергии. Мы являемся нетто-импортером с 2014 года, и хотя это само по себе неплохо, спасительный характер этого импорта представляет собой проблему. Короче говоря, импорт энергии, который увеличивается с каждым годом, спасает польскую энергетику от отключения электроэнергии.

Критической датой для польского энергетического сектора является 2025 год, когда должна прекратиться поддержка старых угольных установок, которые, по соглашению с Европейской комиссией (ЕК), получают государственную поддержку на рынке мощности. Тогда в польской системе закончатся даже 8 ГВт управляемой мощности (из нынешних 52 ГВт), которые заменить будет нечем. Для ясности следует отметить, что эти исключения не являются следствием притеснений Еврокомиссии — блоки должны были быть отключены намного раньше из-за их возраста и неэффективности.

Основной причиной сложившейся критической ситуации является отсутствие стратегического решения по замещению инвестиций в новые мощности. Последние принятые стратегические решения касались инвестиций в угольные мощности в 2011–2014 годах (Козенице, Явожно, Ополе). Позже произошло непонятное торможение развития возобновляемой энергетики.

Польское правительство теоретически защищает польский уголь, но за последние годы не запустило качественно новых инвестиций в сегмент добычи и производства энергии из этого топлива. Во-первых, в 2015–2017 годах он заставил польские энергетические компании вложить/утопить миллиарды злотых в «покупку» польских шахт и выкупить другие угольные активы по завышенным ценам у иностранных инвесторов (PGE купила активы EDF на 4,8 млрд злотых, а Enea — активы ENGIE). активов на 1,3 млрд злотых), и в настоящее время пытается снять с них это бремя.

Затянувшиеся решения о снятии угольных активов с балансов польских энергетических компаний (и передаче их Национальному агентству энергетической безопасности) замедлили инвестиции в реконструкцию старых энергоблоков (это грозит повышением риска их выхода из строя) и предотвратили крупные инвестиции этих компаний в возобновляемую энергетику. И часы блэкаута тикают…

Последствия эмбарго

Ситуацию существенно ухудшают краткосрочные решения, связанные с эмбарго на импорт российского угля. Польша решила ввести эмбарго 15 апреля, раньше других европейских стран. Тот факт, что у государственных энергетических групп также закончился уголь, опровергает официальные заявления о том, что они не импортировали это топливо из России.

Создается впечатление, что при принятии решения никто не просчитывал и не проверял логистические возможности ввоза угля с других направлений, кроме России. Динамику спроса на уголь по покупателям и ассортименту никто не отслеживал. Выяснилось, что не проводился анализ направлений снабжения в чрезвычайных ситуациях, не сопоставлялся размер потребности с возможностями ее удовлетворения, не анализировались узкие места в портах или на железных дорогах. Похоже на полный хаос. Проблема создана по собственному желанию, теперь ее будут «решать» таким образом, чтобы размыть ответственность лиц, принимающих решения. Будет создана целая система дотаций, которая увеличит инфляцию и государственный долг.

Это всего лишь прелюдия

Правда в том, что Польше уже не хватает угля, и сегодняшняя нехватка, мешающая производству энергии, — это лишь прелюдия. Следует отметить, что каждое угольное топливо имеет разные характеристики и химический состав. Засыпание колумбийской пыли в польские блоки, а такие сигналы есть, может привести к снижению эффективности, поломкам, а в худшем случае и к авариям.

В последнее время у нас были моменты, когда польская энергосистема работала практически без запаса мощности. В такой ситуации даже незначительные сбои, которые всегда могут случиться, заставят польскую энергетику качнуться на грань. В 2022–2023 годах мы не можем рассчитывать на такую ​​поддержку со стороны других европейских стран, как раньше. Франция, которая в течение многих лет была экспортером энергии со своими атомными электростанциями, в этом и следующем году станет импортером. Из-за риска выхода из строя систем охлаждения на атомных электростанциях производство энергии там будет на треть меньше в 2022 году, чем в 2021 году, что является плохой новостью для Европы в условиях военного кризиса.

Что делать

Однако проблемы польского энергетического сектора являются результатом не только кризиса, вызванного войной. Да, они, безусловно, требуют осуществления постоянного антикризисного управления, но и правильного подхода к долгосрочной стратегии, которая в конечном итоге должна быть основана на декарбонизации и развитии альтернативных углю первичных источников энергии. Что мы можем сделать в этом случае?

1. Немедленно подготовить программу функционирования польской экономики осенью и зимой этого года с ограничениями, вызванными отсутствием достаточного количества электроэнергии, угля и газа. Скоординированное антикризисное управление должно осуществляться на правительственном уровне. Хорошая новость заключается в том, что признаков перебоев с поставками нефтяного топлива нет, но цены останутся высокими;

2. Срочно подготовить и реализовать программу инвестиций в развитие современных распределенных сетей передачи. Сегодня они не в состоянии поглощать значительно больше энергии из возобновляемых источников;

3. Немедленно разблокировать инвестиции в возобновляемые источники энергии, гарантируя при этом новые методы на этом рынке, такие как прямые PPA (соглашения о покупке электроэнергии) между производителями возобновляемых источников энергии и промышленными потребителями), объединение кабелей (например, совместное использование сети передачи между ветровой электростанцией и Солнечная ферма) ). В горизонте 2025 г. только ВИЭ способны масштабно увеличить количество доступной электроэнергии, а кроме того снизить ее стоимость для экономики и граждан;

4. Внедрить современные цифровые системы управления спросом (DSR) на энергетическом рынке. Эти системы должны быть открыты для конкуренции со стороны частного сектора;

5. Срочно вывести угольные активы с балансов польских энергетических компаний, что позволит им осуществлять инвестиции в альтернативные источники энергии;

6. Вместе с заслуживающей доверия программой инвестиций в современные сети и качественное развитие возобновляемых источников энергии предложить в Брюсселе продлить поддержку системы резервирования энергии на основе угля на горизонте 2030 года. Польша, как и Германия, выбрала газ в качестве переходное топливо при преобразовании энергии, и уже сегодня мы видим, что эта модель неосуществима, поэтому мы должны иметь возможность продлить действие резерва мощности в польской системе, основанной на угольной энергии;

7. Продолжить инвестиционные программы в оффшорной ветроэнергетике и в атомной энергетике, зная, что атомная энергетика может начать широкомасштабно работать в Польше во второй половине 1930-х годов (надеемся, ММР начнут работать быстрее), а оффшорные в горизонте 5-10 лет.

Проблем в польском энергетическом секторе нельзя избежать, но мы не можем допустить дальнейшего пренебрежения. Самое главное: трансформация энергетики является самым большим вызовом для Польши в ближайшем будущем, поэтому ее стратегия должна основываться на консенсусе всех основных политических сил. Это большой вызов для польского политического класса. Он должен согласиться по этому вопросу, потому что преобразование зависит от конкурентоспособности польских компаний и возможности дальнейшего развития польского общества.

Роберт Курашкевич в 2011-2016 годах был вице-президентом и президентом Ассоциации возобновляемых источников энергии, в 2016- 2020 г. вице-президент и президент Bank Pocztowy. Мачей Станьчук — экономический советник Конфедерации Левиата, член Общества польских экономистов.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Роберт Курашкевич, Мацей Станьчук: 7 способов преодолеть энергетический кризис
Представитель правительства объясняет слова Качиньского о закупке угля. «Речь идет о поддержке, например, людей, которые зарабатывают меньше»