Вагнеровцы в Мали — кровавые преступники, бедные наемники

Для России поиск союзников на международной арене становится все сложнее. После вторжения в Украину Москва столкнулась с далеко идущим остракизмом в международном сообществе. Для сохранения своего влияния Кремль стал все больше опираться на нестабильные страны глобального Юга. Одним из районов, где русским удалось укрепиться, был Сахель. Пример Мали показал, что, опираясь на эффективную пропагандистскую машину и наемников, можно добиться влияния, но при достижении стратегического успеха можно потерпеть неудачу на тактическом уровне.

После разрыва военного сотрудничества с Францией , правящая в Мали с 2020 г. Хунта сильно полагалась на российских наемников из группы Вагнера. Ее сотрудники изначально выступали только в качестве инструкторов, но вскоре заявили, что могут стать силой, способной сломить сопротивление местной «Аль-Каиды». Однако вместо великого триумфа возобладали трагические будни. Ни для кого не стало неожиданностью, что силы, известные в первую очередь преступлениями против мирного населения (и у которых уже был один африканский конфуз — в Мозамбике), не только не смогли победить экстремистов, но и способствовали ухудшению ситуации с безопасностью в стране.

Присутствие российских наемников и поддержка малийской хунты — явно не акт доброй воли со стороны Кремля. Русские рассчитывают в первую очередь на политическую зависимость Мали и открытый доступ к природным ресурсам на юге страны. Опираясь на опыт аналогичных операций в Судане, ЦАР и Гвинее, Москва прекрасно знает, как получать контракты на доступ к месторождениям в нестабильных государствах, рассчитывая прежде всего на военную помощь. Однако для того, чтобы иметь возможность эффективно осуществлять долгосрочную эксплуатацию месторождений, необходимо стабильное и благоприятное правительство.

Наемническая деятельность сосредоточена вокруг столицы и нескольких крупнейших городских центров — Тимбукту, Гао и Госси. По данным ООН, по сравнению с тем же кварталом годичной давности количество убийств мирных жителей увеличилось на 325%. Это прямое следствие замены французских войск российскими наемниками, которые представляют гораздо меньшую проблему для местных боевиков.

Одним из самых серьезных столкновений стал бой в районе села Мура, продолжавшийся с 27 по 31 марта. Члены «Аль-Каиды» воевали против малийских солдат, которых поддерживали российские наемники. Наибольшие потери понесли мирные жители, как это, к сожалению, часто бывает в случае боев в Сахеле. Погибло не менее 300 человек. Хуже того, многие из них вовсе не были случайными жертвами сражения, а были убиты вагнеровцами и правительственными войсками. Через несколько дней появились слухи о том, что двое россиян были захвачены террористами. Однако они не подтвердились, а сами боевики не предоставили никаких доказательств. Тем не менее битва и резня в Муре показали, что вагнеровцам не суждено сражаться с мятежниками.

Их присутствие в Мали носит в основном политический характер, а для отдельных наемников — как и для российских солдат в Украине — зачастую возможность безнаказанно насиловать и обогащаться за счет беззащитного мирного населения. Россия не принимала участия ни в самой Сахаре, ни в сепаратистском Азаваде. Низкая активность на севере страны связана с тем, что основной целью присутствия вагнеровцев в Мали является обеспечение безопасности правящего режима, а не борьба с террористами. В отличие от французов, наемники не намерены играть роль сил стабилизации.

Их отношение будет способствовать увеличению количества межэтнических столкновений. Война в Мали — это не однородный конфликт, это набор разных войн. С одной стороны, сепаратистские туареги из Азавада, воюющие против центральной власти, с другой — Аль-Каида и Даиш, желающие построить западноафриканский халифат, а с другой — этнические споры между догонами и Фуланы тлеют.

После ухода Франции, в прямой реакции на использование русских, вагнеровцы начали утверждать, что они в состоянии полностью взять на себя все задачи, которые до сих пор выполнялись французскими войсками. Реальность оказалась другой. Французская интервенция гарантировала хотя бы частичное снижение масштабов боевых действий. Преимущество в вооружении и обучении было настолько велико, что часто одного присутствия французов было достаточно, чтобы частично стабилизировать ситуацию. Замена регулярных частей наемниками полностью изменила ситуацию. Все стороны прекрасно понимают, что русские гораздо более слабый противник, и их роль совершенно иная.

Вагнеровцы же часто нападают на мирных жителей. Помимо боевых действий и резни в Муре, например, было подтверждено ответное нападение на жителей Хомбори, где один из наемников был убит во время патрулирования в результате пуска самодельной взрывчатки, спрятанной у дороги. В свою очередь, в начале апреля недалеко от Бандиагары на границе с Сахарой ​​были убиты семеро детей. Виновниками, вероятно, были и здесь русские.

«Мы думали, что белые солдаты спасут нас от джихадистов, но они еще опаснее», — сказал житель Хомбори Умар, которого цитирует New York Times. Его брат стал одной из жертв резни. — По крайней мере, джихадисты не стреляют в тех, кто движется.

Нападения на малийские деревни приведут к радикализации жителей, которые, опасаясь за свою безопасность, обратятся к организациям, которые могут ее обеспечить — этническим ополчениям, местному самоуправлению — группы обороны и даже террористические организации. Отказ Бамако от ответственности за обеспечение безопасности своих граждан и предоставление свободы действий наемникам приведет к эскалации насилия и усилению исламистов в центральной части Мали. Желание создать полугосударственные структуры и поддерживать стабильность и порядок в регионах, находящихся под моим контролем . Если действия наемников, сотрудничающих с правительством, не изменятся, предложение построить халифат будет становиться все более заманчивым для многих малийцев.

Северная часть страны, которой правительство в Бамако уделяет гораздо меньше внимания, чем богатому ресурсами югу, подвергается боям между этническими ополчениями и попытками построить свою теократию — в противовес «Аль-Каиде» — с «Исламским государством».

Расширение ДАИШ было замедлено не усилиями правительства Мали, а низовыми инициативами общин, формирующих свои силы самообороны. Часто отдельные деревни организуют собственные ополчения для отражения нападений. Необходимость поддерживать постоянную боевую готовность мешает развитию и без того очень бедных регионов, которые большую часть своей энергии тратят на борьбу за выживание, а не на улучшение условий жизни.

Проблема Мали скоро станет очень актуальной. 30 июня истекает срок действия мандата стабилизационных сил ООН МИНУСМА. Неясно, как международное сообщество будет реагировать на конфликт, в котором нерегулярные войска, связанные с Кремлем, играют все более важную роль. Маловероятно, что Африканский союз или ЭКОВАС будут вовлечены в стабилизацию ситуации. Уверен, что без вмешательства международных организаций положение малийцев останется очень плохим — правительство продолжит игнорировать граждан, а российские наемники будут действовать в Сахеле и совершать преступления без последствий.

< p> См. также: Британцы тестируют в Мали дроны, которыми можно стрелять из гранатометов

Magharebia, Creative Commons Attribution 2.0 Generic

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Вагнеровцы в Мали — кровавые преступники, бедные наемники
Чемпионат Европы по гандболу. Победа Польши была близка