Витольд М. Орловский: С нами летает пилот?

Когда самолет пробивается через штормовой фронт, двигатели подозрительно стучат и в баках может закончиться топливо, неплохо было бы знать, есть ли в кабине пилот.

 Витольд М. Орловский: С нами летает пилот

Сегодня польская экономика напоминает именно такой самолет. Работает в крайне тяжелых условиях, имея фронт (не только грозовой) прямо под боком. Статистика не дает полной картины ситуации, но достаточно ясна, чтобы настораживать. Нарастающую инфляцию, возможно, просто выходящую из-под контроля НБП, видно невооруженным глазом. Состояние финансов государства — загадка, с одной стороны они должны выдержать взрыв незапланированных расходов, а с другой — еще и выполнять все капризы политиков (достоверных данных нет, т.к. бюджетная комедийная шутка).

Паралич с ЕС в самом разгаре, особенно патовая ситуация с Фондом реконструкции. А за углом есть еще большие угрозы — последствия российского эмбарго на экспорт газа. Правительство успокаивает нас тем, что мы можем вести газ с других направлений. Но пока новый газопровод из Северного моря не заработает в полную силу, это лишь иллюзия безопасности, потому что газ, который мы можем импортировать из Германии или Словакии, тоже поступает из России.

Самолет в турбулентности, пассажиры в ужасе. Что делает капитан? Он развлекает через громкоговорители рассказами о вкусной еде, которую вскоре подаст команда. Он восхваляет достоинства самолета и время от времени упрекает пилотов других авиакомпаний, которые не могут так же хорошо управлять полетом, как он. А тем временем бушует инфляция, денег из ЕС нет, госдолг растет на глазах, экономике может грозить рецессия или, по крайней мере, массовое замедление. Такое впечатление, что за штурвалом просто никого не было.

Чем объясняется такая ситуация? Есть несколько возможных объяснений.

Во-первых, капитан просто не знает, что делать в таких сложных условиях. Так что он оставил пульт, взял микрофон и делает то, что у него получается лучше всего. Он рассказывает успокаивающие сказки, чтобы пассажиры не расстраивались. И она рассчитывает, что буря пройдет сама собой.

Впрочем, если у капитана есть соответствующие компетенции (в которые я очень верю), то, возможно, он решил, что у него сейчас на уме более важные задачи, чем пилотирование. Ведь пока самолет как-то летает на автопилоте и на остатках топлива, и недовольство пассажиров кажется ему большей угрозой, чем буря. Вместо того, чтобы бороться с органами управления, лучше их отвлечь… объявив, например, что пассажирам эконом-класса будут предложены бесплатные напитки, которые можно будет забрать у пассажиров бизнес-класса.

Третье объяснение состоит в том, что капитан может даже все знать и знать, но все равно считает, что главная задача — следовать инструкциям важным пассажир, от которого зависит его работа. К сожалению, важные пассажиры не знают друг друга во время пилота, но что ж… никто не идеален.

И четвертое объяснение, наверное, самое худшее из возможных. Пилот с нами конечно есть… проблема в том, что не один. В кабине, кроме капитана, есть и другие добровольцы, которые тоже хотят пилотировать. Так что предстоит ожесточенная борьба за то, чтобы добраться до элементов управления. Но так как напихать никто не умеет, то пока самолет летит сам по себе, как будто пилота и вовсе нет.

А пассажиры пугаются все больше и больше.

Оцените статью
( Пока оценок нет )

В профессии с 2008 года. Профиль - международные отношения и политика. Почта: andreykozlov07@gmail.com

Последние новости 24 часа
Витольд М. Орловский: С нами летает пилот?
Головная боль Фрэнка. Виновный Фрэнк поднимается вверх и повышает процентные ставки