Полный контроль соцсетей

Полный контроль соцсетей

В России может появиться интернет-полиция с правом розыска и дознания: эксперты считают госрегулировние недостаточным и готовят законодательные инициативы.

Полный контроль соцсетей

Законопроект №223849-7 о внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (в части установления особенностей распространения информации в социальной сети) был внесен на рассмотрение в Госдуму 12 июля 2017 г. и прошел первое чтение 12 апреля 2018 г., со сроком представления правок в 30-дневный срок. После более чем двухлетнего перерыва, 21 декабря 2020 г., Комитет по информационной политике, информационным технологиям и связи вернулся к законопроекту и предложил его принять во втором чтении, которое состоялось 22 декабря. Законопроект прошел второе чтение и на сегодня, 23 декабря, комитет предложил принять законопроект в третьем, окончательном чтении.

Любое недовольство граждан в социальных сетях будет услышано и передано в соответствующие структуры в автоматическом режиме. Для этого в России разрабатывается система мониторинга. Она будет контролировать пять соцсетей:

  • ВКонтакте и Одноклассники – самые популярные российские сети.
  • Facebook и Twitter – зарубежные соцсети.
  • Instagram – самый популярный сервис во всём мире, в том числе в России.

Система получила название «Инцидент менеджмент». Она будет отслеживать реакцию населения на те или иные действия властей. В двух регионах ведётся её эксплуатация в тестовом режиме. Разработкой комплекса занимается ООО «Медиалогия». Система нацелена на выявление информационных поводов и негативных мнений.

Интернет и социальные сети входят в быт практически любого человека, трудно сказать хорошо это или плохо, но факт остается фактом — названные выше понятия стали обыденными. Неразумно оставлять интернет территорией хаоса, беспредела и так называемой ‘свободы слова’. К сожалению, преступники не дремлют, они также приспосабливаются к новым реалиям. Сейчас с помощью социальных сетей организуется реальная криминальная деятельность, например наркоторговля и терроризм, но не будем на этом зацикливаться, эта тема достойна отдельного разговора. К тому же человек должен понимать, что если он на улице подойдет и оскорбит сотрудника МВД, то будет наказан по статье УК РФ 319 (Оскорбление представителя власти), а за оскорбление родных и близких другого человека – по статье КоАП РФ 5.61 (Оскорбление), так почему же аналогичные правила не должны работать в сети, учитывая ее популярность и обыденность.

Естественно, что КоАП и УК РФ не могут существовать в интернете в том же виде, в котором они существуют в реальном мире. Поэтому государству необходимо составить свод правил, запретов и наказаний за их несоблюдение для пользователей всемирной паутины, а также создать новый отдел в структуре МВД, который будет заниматься контролем соблюдения правил и наказанием правонарушителей.

«Защита цифровых прав граждан» — так сформулировал задачу ведущий, президент Фонда защиты национальных ценностей, первый заместитель председателя комиссии ОП РФ по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций Александр Малькевич, имея в виду защиту российского читателя от «обилия фейков и огромного количества экстремистского контента». С этого ведущий начал, этим же и закончил, отметив, что «с ростом деструктивного контента» все страны начали по-своему интернет регулировать.

В пример привели и немецкие, и французские законы последних лет, в частности, то, что во Франции появился специальный интернет-прокурор, и ведется борьба с онлайн-харассментом. «Даже ООН признала главенствующую роль государства в регулировании интернета», — добавил Малькевич.

Инициаторами проекта значатся депутаты Государственной Думы Сергей Боярский, Андрей Альшевских, представляющие фракцию «Единая Россия», а также члены Совета Федерации Андрей Климов и Людмила Бокова. В ходе рассмотрения законопроекта происходили дополнения состава инициаторов проекта, а также снятие инициаторами фамилий с законопроекта. Например, Людмила Бокова и Андрей Климов присоединились к работе над законопроектом 4 апреля 2018 г.

В тексте документа дается определение социальной сети с указанием количества пользователей. Социальная сеть, согласно документу, — это сайт и (или) страница сайта в сети интернет, и (или) информационной системы, и (или) программы для электронных вычислительных машин, которые предназначены и (или) используются их пользователями для предоставления и (или) распространения посредством созданных ими персональных страниц информации на государственном языке РФ, государственных языках республик в составе РФ и иных языках народов РФ, на которых может распространяться реклама, направленная на привлечение внимания потребителей, находящихся на территории РФ, и доступ к которым в течение суток составляет более 500 тыс. пользователей сети интернет, находящихся на территории РФ.

С одной стороны, внедрение подобных систем несёт определённый плюс. Ведь власти смогут оценивать свои действия без всяких опросов и референдумов, опираясь на результаты мониторинга. В соответствии с полученными данными они будут предпринимать те или иные действия. Это поможет государству «услышать» реальные проблемы населения. С другой стороны, система «Инцидент» – это полноценный контроль над всеми высказываниями в интернете, за которыми придётся следить. Ведь в этой же сфере функционирует оборудование для реализации «пакета Яровой», пишущее трафик абонентов. Также закон обязывает передавать ключи для расшифровки сообщений в ФСБ. Поэтому отследить, кто и что высказал в интернете, не составит особого труда.

Как считает заместитель гендиректора Института развития интернета Борис Едидин, если в 2013 году Россия была «в авангарде» с инициативами по регулированию Сети, то с тех пор все ведущие страны такие меры успели принять, а мы оказались «в арьергарде». В ЕС же, по его данным, за последние три года количество удаляемого контента возросло в разы.

«Наше законодательство существенно отстает от скорости развития технологий», — согласилась директор Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина, дочь сенатора Елены Мизулиной. По ее словам, «глобальные интернет-компании стали транснациональными государствами» с неограниченной властью и нулевой ответственностью перед читателями и пользователями государств обычных.

В законопроекте прописано, что обязан делать владелец социальной сети. Например, ограничивать доступ к информации пользователя, если она соответствует признакам информации, распространение которой в РФ запрещено.

Кроме того, в документе вводятся правила пользования социальной сетью. Владелец социальной сети должен будет разместить в такой сети документ, устанавливающий правила использования социальной сети. Правила должны содержать, например, не противоречащие законодательству РФ требования к распространению в социальной сети информации, права и обязанности пользователей социальной сети и прочие пункты.

Работа «Инцидента» основана на мониторинге содержимого сообществ по ключевым словам. Полученные данные группируются по инцидентам и отправляются к региональным администраторам. Он решает, какие кейсы нуждаются в ответах, а какие нет. Если ответ нужен, информация пересылается в соответствующие органы – они должны будут дать свой ответ. Также система предусматривает ведение статистики по обрабатываемым инцидентам. На реакцию региональных властей отводятся всего одни сутки. Система обрабатывает следующие сообщения:

  • Благодарности.
  • Негативные высказывания и сообщения.
  • Жалобы граждан.
  • Вопросы пользователей.
  • Отзывы о работе государственных структур и иных органов.
  • В ближайшем будущем система должна заработать во всех регионах.

«В Кремле хотят локализовать негатив и контролировать повестку именно в соцсетях, потому что считают, что нужно быть ближе к потребителю информации, а соцсети становятся все более популярны. Если не по уровню влияния, то по аудитории крупнейшие группы ВКонтакте превосходят многие региональные СМИ», – заявил один из чиновников на семинаре по системе «Инцидент менеджмента».

По данным Мизулиной, «под влиянием негативного контента» находится 39 млн аккаунтов в РФ и СНГ, в том числе 7 млн детских. В «негативный контент» входят пропаганда наркотиков, самоубийств, «скул-шутинга» (стрельбы в школе), кибербуллинг (травля в интернете). Порядка 25 млн пользователей, включая 4 млн детей, охвачены контентом экстремистских групп, пропагандирующих вооруженную борьбу и насилие.

Насчет фейковых новостей, Екатерина Мизулина рассказала, что по поводу эпидемии коронавируса в РФ ее организацией было с начала апреля зафиксировано в соцсетях более 9500 фейков, и еще 8800 (с миллионами просмотров) — по поводу голосования по конституционным поправкам. Причем, отметила она, из «коронавирусных» фейков около 11% было заблокировано самими соцсетями, а из фейков вокруг голосования — лишь 2%. Правда, Мизулина предположила, что это не столько какая-то подрывная работа против российского государства, сколько нежелание удалять наиболее популярные и прибыльные публикации, которые как раз и крутились вокруг голосования.

В законопроекте закреплено, что Роскомнадзор ведет реестр социальных сетей. Законопроект формулирует процедуру признания Роскомнадзором информационного ресурса социальной сетью. Для этого ведомство организует мониторинг информационных ресурсов, утверждает методику определения количества пользователей информационного ресурса в сутки, вправе запрашивать у владельца социальной сети и иных лиц информацию, необходимую для ведения такого реестра.

Федеральный закон вступает в силу с 1 февраля 2021 г., сказано в проекте закона.

21 декабря на последнем в этом году заседании Комитета по информационной политике, информационным технологиям и связи депутат Госдумы от «Единой России» и председатель комитета Александр Хинштейн сказал, что законопроект — продолжение линии на наведение порядка в интернете и его очищения от негативного контента. «Наша поправка в закон не носит репрессивного характера и предлагает понятный, прозрачный механизм взаимодействия владельца соцсети с Роскомнадзором. При этом мы все исходим из сознательности самой соцсети, поскольку добровольно удалять предлагается однозначно незаконный контент и дается его исчерпывающий перечень», — сообщил Александр Хинштейн. Депутат отметил предусмотренное поправкой право обжаловать решение соцсети пользователями, чьи страницы в ней заблокировали.

Требования к международным интернет-спрутам, на которых настаивали и Мизулина, и другие ораторы, таковы: дополнительные обязанности для соцсетей по предупреждению продвижения деструктивного контента. Соцсети должны сами мониторить свой контент, а также реагировать на жалобы пользователей на вредные публикации.

В целом же, полагает спикер, соцсети должны регистрироваться в РФ в качестве юридических лиц, платить налоги, показывать всю информацию о доходах, а также «открыть всему миру свои правила модерации». Мизулина пожелала также «запрета на продвижение запрещенной информации». Но при этом высказалась за «открытое общение, обмен мнениями, экспертную оценку» и вообще, «информационную открытость власти».

Роскомнадзор считает законопроект своевременным и востребованным. «С каждым годом объем вредоносной информации, распространяемой в социальных сетях, растет. Если в 2017 г. выявлено 104 тыс. фактов распространения подобной информации, то в 2018 г. — 119 тыс. По итогам 2020 г. этот уровень может быть превышен. Цель нового законопроекта — повысить оперативность выявления и удаления из соцсетей социально опасной информации, — рассказала корреспонденту ComNews пресс-служба Роскомнадзора. — Социальные сети и сейчас ведут работу по удалению неприемлемой информации: большая часть запрещенного контента удаляется. С принятием законопроекта эта работа станет более эффективной. Например, треш-стриминг нужно выявлять и блокировать сразу, в онлайне. Это возможно только силами соцсетей».

Вопрос о том, как наказывать интернет-гигантов в случае неповиновения, оказался очень непростым — они же международные. Как напомнил Малькевич, Twitter так и не заплатил штраф в 4 млн рублей, к которому его, вместе с Facebook приговорил в феврале Таганский суд за неперенос на территорию РФ серверов с данными российских пользователей.

Одна из высказанных идей состояла в том, чтобы через «платежных агентов» взыскивать штрафы с денег, которые интернет-провайдеры и соцсети получают за рекламу с российского бизнеса, — только при этом как-то «продумать», чтобы сам отечественный бизнес не страдал. Ввиду технологических трудностей по блокировке вредного контента, высказывалась идея замедления трафика для нелояльных соцсетей.

Пресс-служба Роскомнадзора подчеркнула, что, благодаря законопроекту, к социально значимой деятельности по выявлению и удалению запрещенного в России интернет-контента подключаются сами социальные сети. «Объединение усилий государства и интернет-сообщества позволит сделать интернет более комфортным и безопасным для граждан, особенно для детей и подростков. Роскомнадзор готов к исполнению требований законопроекта. Санкции в отношении социальных сетей законопроектом не предусмотрены».

Однако представители соцсетей от комментариев отказались. «ВКонтакте» сказали, что не комментируют законопроекты. В «Одноклассниках» — что не комментируют именно эту историю.

Гендиректор ООО «ОрдерКом» Дмитрий Галушко против законопроекта, он уверен: цель у законопроекта одна — иметь власть над онлайн-контентом в стране. «Именно соцсети влияют на умы людей: по последним опросам большинство россиян не смотрят телевизор. Получается ли, что, если пользователей не 500 тыс., а 499 тыс., то соцсети могут не исключать «вредный» контент? Не важно, что меньшинство смотрит «запрещенку». Важно, что большинство не сможет смотреть», — сказал Дмитрий Галушко. Он отметил, что Роскомнадзор будет исполнять техническую функцию, реально в реестр будет предлагать фигурантов ФСБ (как с организаторами распространения информации).

Разные мнения высказывались на предмет способности интернет-сообщества к самоорганизации. Все же, предположил Борис Едидин, «для самоорганизации время ушло». Эту мысль поддержал первый заместитель председателя комиссии по развитию социальной инфраструктуры, местного самоуправления и ЖКХ ОП РФ Артем Кирьянов. «В саморегуляции мало смысла, — заметил он. — Роль государства будет только расти». Кирьянов предложил учредить интернет-прокуратуру и интернет-полицию с правом розыска и дознания, правда, выведенную из системы МВД.

Были и довольно робкие попытки умерить регулятивный пыл. Так, директор Регионального общественного центра интернет-технологий Сергей Гребенников заметил, что «от регулирования часть сервисов подорожает».

Владелец юридической фирмы Axis Pravo Алексей Сулин считает, что намерение государства взять под контроль размещение информации в социальных сетях объяснимо. «Вместе с тем ресурсы, которые будут задействованы, едва ли оправдывают эту цель. На Роскомнадзор ложится огромный пласт работы. Во-первых, это работа с самими социальными сетями. И дело здесь не в ведении реестра, коммуникациях с хостинг-провайдерами и т.д. Учитывая количество социальных сетей с суточной посещаемостью более 500 тыс. — такие социальные сети можно пересчитать по пальцам, — ведение реестра не составит труда. Однако закон дает право владельцу социальной сети в случае возникновения сомнения в законности того или иного сообщения пользователя направить соответствующий запрос в Роскомнадзор, который должен его обработать, направив в профильное ведомство по системе взаимодействия. Принимая во внимание количество пользователей и спорных сообщений, которые они размещают, а также вполне объяснимое желание социальной сети подстраховаться, это может быть огромный вал работы. Таким образом, нагружается не только сам Роскомнадзор, но и другие ведомства, — объясняет Алексей Сулин. — Во-вторых, каждый пользователь, информацию которого заблокировала социальная сеть, имеет теперь право обратиться с жалобой к владельцу социальной сети, а затем и в Роскомнадзор, а ведомство должно эту жалобу рассмотреть и, в случае, если она обоснованна, предписать социальной сети устранить необоснованную блокировку информации. Представляется, что после вступления закона в силу, не только на Роскомнадзор ляжет немалая нагрузка, но дополнительная нагрузка постигнет и социальные сети, которые будут вынуждены не только отлавливать незаконную информацию, но и установить у себя специальное программное обеспечение, предлагаемое Роскомнадзором, для подсчета количества пользователей сети».

Гребенников также довел до сведения собрания, что Франция и Германия действительно начали регулировать на своей территории продукцию таких американских интернет-гигантов, как Goole и Facebook. Только вот какое дело: у этих европейских стран своих интернет-гигантов нет, так международное разделение труда сложилось. И в данной отрасли это облегчает европейцам жизнь.

А у России-то уже довольно много чего есть: тут и «Яндекс», и Mail.ru, и «ВКонтакте». Рунет работает на 300-милллионную русскоязычную аудиторию во всем мире. И если мы станем прижимать у себя других, так же могут поступить и с нами за рубежом, напомнил Гребенников.

Аналитик «Фридом Финанс» Валерий Емельянов считает, что данный законопроект противоречит Конституции РФ и большинству международных положений, хотя по форме он отдаленно напоминает некоторые приемы регулирования соцсетей, принятые в США и Европе. «Только там речь о том, что компании, владеющие интернет-площадками, мониторят ленту с помощью искусственного интеллекта и удаляют только то, что связано с вопросами дискриминации или рекламой криминальных видов бизнеса. В российских реалиях закон будет работать выборочно, потому что невозможно в ручном режиме модерировать такой объем постов. Вероятно, будут угрозы штрафов только в отношении российских соцсетей и только по запросу со стороны спецслужб, которые уже имеют штат людей, проверяющих содержимое соцсетей. У Роскомнадзора не настолько большой бюджет и коллектив, чтобы превентивно зачищать интернет от мусорной рекламы и неудобных высказываний, — комментирует Валерий Емельянов. – В законопроекте заложена явная нестыковка между формой и содержанием. Под указанное определение могут попасть крупные интернет-форумы, но не попасть чисто мобильные платформы вроде мессенджеров, где есть широкая аудитория и разбивка по аккаунтам. Терминология законопроекта в целом спорная. Не удивлюсь, если документ будет сильно видоизменен либо отменен вовсе как бесперспективный. Facebook тратит на модерацию сейчас около $900 млн в год. У него штат из подрядных редакторов на 15 тыс. человек. Его планируют увеличить вдвое в ближайшие месяцы, то есть довести расходы примерно до $2 млрд. Это чуть больше 2% годовой выручки компании. В масштабах российских соцсетей, которыми владеет Mail.ru, речь может идти о сумме 1-1,5 млрд руб. в год. Опят же это около 2% оборота, то есть до 10% чистой прибыли. Для компании это было очень ощутимо».

Директор Ассоциации профессиональных пользователей соцсетей и мессенджеров Владимир Зыков высказался против идеи приравнять социальные сети к СМИ. Он напомнил, что в Рунете действует масса «медиа-сайтов, не зарегистрированных как СМИ», и что при этом в России пока почти не существует СМИ, которые публиковали бы пользовательский контент. Ведь за контент СМИ ответственность несет главный редактор.

Но против самой идеи регулирования никто не выступал. Впереди дальнейшие шаги в данном направлении. Александр Малькевич пообещал, что он и его коллеги станут продвигать эти идеи, как Катон — разрушение Карфагена, и предложил к обсуждению «привлечь профильных силовиков».

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Последние новости 24 часа
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Полный контроль соцсетей
"Кооператор Дона" Ростов-на-Дону - пожар
«Кооператор Дона» Ростов-на-Дону — пожар: видео